Довольно много времени прошло, прежде чем мы все перевели дыхание.

– Довакин? Ты еще там?

Я ответила только спустя добрый десяток минут, когда сердце опустилось на свое место, перестав трепыхаться, точно выброшенная на сушу рыба.

– Т-ты… Т-твою… Чт-тоб т-тебя…

– Не сдуло, – довольно резюмировал Одавинг, переступая лапами. Убийца, тихо хрипя, рухнула вниз. Если бы не огромный сугроб, смягчивший падение, разбилась бы в лепешку.

– Слезать собираемся? – снова поинтересовался дракон, ненавязчиво подставляя крыло. Я что-то невнятно прощелкала зубами и попыталась отстегнуться, но онемевшие пальцы совершенно не слушались.Одавинг тяжко вздохнул и растянулся на пузе, едва не придавив только-только выкопавшуюся из снега курицу.

– Разбудишь, когда освободишься, Довакин.

Легко сказать, да трудно сделать…

Терзая ремни, я заодно успела осмотреться. В отличие от игры, Снежный Охотник схалтурил – мы приземлились не у самого входа в Скулдафн, а далеко внизу, на открытой площадке на самом краю незнакомого мне заснеженного леса. Наверх вела спрятанная между высоких камней тропка с грубо вытесанными прямо из скалы ступенями. Вспомнился Высокий Хротгар, и захотелось неудержимо зареветь, лупя ножками по полу.

К тому моменту, когда я расправилась с негодяйскими ловушками, солнце уже давно спряталось, и по небу теперь неторопливо шествовали Массер с Секундой. Холод стоял неимоверный, и я совершенно околела. Как только звякнула последняя пряжка, я завалилась набок, точно мешок с чем-то непотребным, скатилась по драконьему крылу и очутилась мордой в сугробе.

От моего визга встрепенулся, наверное, не только Одавинг, но и сам Алдуин в Совнгарде. Снежный Охотник встряхнулся и недовольно пробурчал, выпуская дым из ноздрей:

– Я рассчитывал, что ты разбудишь меня нежнее.

Если бы я чувствовала свои ноги и могла встать, я бы непременно пнула его в чешуйчатый нос, а после возмущенного «Фус!!!», впрочем, произнесенного сиплым шепотом, я только проехалась на спине, щедро зачерпнув снега за шиворот.

Дракон тяжко вздохнул, прямо как Арнгейр, когда мне не удавалось вопроизвести Крик должным образом, и подцепил меня когтем за капюшон плаща, ставя на ноги.

– Поднимайся, Довакин.

Я злобно на него зыркнула и снова неграциозно плюхнулась на задницу, не сумев устоять на слабеньких конечностях. Вспомнилось черно-белое шипящее изображение, возникающее при неисправном телевизоре… оно очень хорошо продемонстрировало бы мои нынешние ощущения.

Дракон снова выдохнул дым и качнул головой.

– У меня такое ощущение, что я смотрю на последние дни этого мира.

– У меня такое ощущение, что я смотрю на последние дни этого дракона, – огрызнулась я, умудряясь кое-как принять вертикальное положение. – У кого «Драконобой», напомнить?

– Кросис, – буркнул Одавинг. – Однако позволь и мне напомнить, что у нас не так много времени. С каждой минутой, проведенной в Совнгарде, питаясь душами нордов, Пожиратель Мира становится все сильнее.

Я оглянулась, поднимая голову на гору, туда, где высоко-высоко спрятались среди снега древние руины.

– И именно поэтому ты решил высадить меня здесь? Чтобы я провела год, карабкаясь по этим уступам, точно горная коза?

– Ты больше похожа на горного тролля, Довакин, – буркнул Одавинг. – Я не хотел привлекать внимание своих собратьев, что сторожат вход в Скулдафн.

Я поморщилась, переступая с одной отмирающей ноги на другую.

– И решил предоставить это мне. Гениально.

Как бы Снежный Охотник не убеждал меня, что пробраться наверх, к руинам, будет намного проще, укрывшись в ночной тьме, заночевать нам пришлось.

Меховой плащ послужил неплохой подстилкой, помогающей не отморозить зад, а горячий бок вытянувшегося в снегу дракона – отличной печкой, так что к утру мы с Убийцей вполне отогрелись и пришли в благоприятное расположение духа.

Пока я не осознала, что мне придется тащиться далеко-далеко наверх, навьюченная, как бессловесный ослик, мехами, мечами, Свитком и зомби-курой, возможно, попутно отбиваясь от пары-тройки кружащих над головой драконов.

Все проклятия и нецензурные ругательства Одавинг снес безропотно, смиренно опустив голову и попыхивая черным дымком. Затем потянулся и буркнул:

– Я могу отвлечь от тебя своих зейма, собратьев. Увести их прочь, чтобы ты не убила их.

С кряхтением древней старухи я взвалила на плечи футляр со Свитком и пнула расстеленный на снегу плащ.

– Не разочаровывай меня, не говори, что ты всерьез полагаешь, будто я могу справиться с двумя драконами.

– Я хотел сделать комплимент, – проворчал змей и лениво потянулся. – В таком случае – я отвлеку других Дова, чтобы они не убили тебя.