"Можно думать, что прекращение кровотечения, за-живление ран, язв, осуществляемые целителями, происхо-дит также в основном за счет генерируемых или физиче-ских полей. Об этих полях и об их роли в жизни и, в частно-сти, в экстраординарных психофизических явлениях, мы ничего не знаем. Исследования этих полей и изучение ме-ханизма их воздействия на организм, безусловно, откроет новые горизонты в ряде областей науки, и в первую очередь в медицине. Ю. Кобзев, радиофизик".

Моего отца эти письма утверждали в его вере, у меня же они не вызывали никаких чувств, это были лишь простые рас-суждения, которые никоим образом меня не задевали. Я оста-вался самим собой, и ничего во мне не менялось.

Но однажды отец получил короткое послание от про-фессора И. Блохина, которое его очень расстроило и насто-рожило. "У меня позиция была и остается твердой: с науч-ной точки зрения в этом феномене ничего нет. Чудесами и мистикой мы не занимаемся", - категорически заявлял профессор.

Для того чтобы стало понятно, о каком феномене идет речь, нужно вернуться назад, к нашему с отцом разговору, со-стоявшемуся больше года назад. Речь шла о снах, которые отец называл пророческими, а бабушка Василина вещими.

Я помнил, как проснулся в слезах и не находил весь день места, когда мне приснилось подобие "Последнего дня Пом-пеи" с картины Карла Брюллова. Люди метались, падали, вставали и оставались лежать, а я был одним из них и тоже бежал. Большие строения складывались как бумажные гар-мошки и оседали бесформенными грудами, более легкие по-стройки сносило, и они летели как клочки бумаги от легкого порыва ветра. Все горело. Дым и пыль, поднятые до небес, за-крывали солнце. Я запомнил ужас, который захватил и пара-лизовал меня. Я хотел проснуться и не мог открыть глаза. Ве-ки, налитые свинцом, заставили меня искать спасения. Я бе-жал, а на меня валились куски бетона, обломки кирпича, стекло и железо. Я споткнулся, не удержался на ногах, и тут на меня стала валиться бетонная стена. Она раздавила меня. Но я успел закричать... И проснулся...

Я рассказал сон отцу. Отец задумался.

– В прошлом году тебе приснилось извержение вулка-на. Помнишь?
– спросил отец.
– Тебя тогда еще поразило не само извержение, а лава. Ты ее так красочно описывал и говорил, что под лавой гибли люди.

Я кивнул.

– А потом "Правда" сообщила, что 1 Марта того года произошло извержение Везувия, и самые большие разру-шения и жертвы принес именно поток лавы?
– отец сделал небольшую паузу и посмотрел на меня, словно хотел убе-диться, что я слушаю.
– Но ты же помнишь, что извержение произошло только через два дня после твоего сна?

Я, конечно, помнил и снова кивнул.

– Потом, уже в сентябре тебе снился ураган, - продол-жал отец.
– Ты видел шатающиеся небоскребы, говорил, что ветер вырывал с корнями деревья, срывал крыши с домов, переворачивал автомобили. Ты даже говорил о каких-то островах... Через несколько дней мы прочитали в "Правде" об урагане-убийце, прошедшем от Северной Каролины до Атлантик-Сити и Нью-Йорка со скоростью 225 км в час. И все было, как ты видел. Катались небоскребы, срывались с домов крыши. А острова, которые тебе снились, оказались Багамскими островами.

– Я помню, пап. И знаю, что ты хочешь сказать. То, что я видел сегодня, может где-то произойти.

– Да, сынок. И это страшно.

– Так давай сообщим куда-нибудь, пап.

– А для доказательства сошлемся на "Жития Святых" и приведем в пример Сергия Радонежского или Василия Блаженного, а еще лучше на Иисуса Христа.

– Ну почему Христа? Можно сослаться и на предсказа-ние смерти Пушкину.

– Предсказание кем? Гадалкой Кирхгоф. А была еще га-далка Ленорман. Уж тогда нужно вспомнить лучшего из них - монаха-предсказателя Авеля. Он предсказал дни и часы смер-ти Екатерины II и Павла I, нашествие французов и сожжение Москвы, за что и провел двадцать лет в тюрьме... Все это, сы-нок, далеко от науки и называется шарлатанством.

– Хорошо. А вот это?
– я прочитал напамять цитату, которую отец как-то показал мне в одной из своих книг: "Предвидение будущего, не научное предвидение, а интуи-тивное - существует. Необъяснимо? Да, с нашим нечетким представлением о сущности времени, о его связях с про-странством, о взаимосвязях прошлого, настоящего и буду-щего пока необъяснимо. Мы еще очень мало знаем о взаи-мозависимости между прошлым и будущим. Должен убеж-денно заявить, что будущее определяется прошлым и на-стоящим, и связи эти еще далеко не известны людям".

– Этой цитатой ты сам ответил себе. "Мы еще очень мало знаем о взаимосвязях между прошлым и будущим". А, вернее, ничего не знаем. Это все ничего не значащие слова и не более. А должно быть научное объяснение.

– Хорошо, пап, пусть не поверят, но когда произойдет то, что я видел, они вспомнят про нас.

– И как ты это представляешь? Допустим, прихожу я к парторгу и сообщаю, что в какой-то Восточной стране про-изойдет на днях катастрофа, а на вопрос, откуда у меня эти сведения, я отвечаю: "Сын во сне видел". Но это бы ладно. В лучшем случае парторг посмеется, в худшем станет рас-сказывать всем, что Анохин немного, как бы это помягче, не в своем уме. А дальше, если через несколько дней случится катастрофа, кто поверит, что тебе это приснилось? Снам у нас не верят. Предсказаниям тоже. Коммунист и мистика - понятия, мой сын, взаимоисключающие...