– Номер?

– Двадцать три.

Поднявшись на второй этаж, Лепски остановился у комнаты 23, прислушался, затем осторожно открыл дверь и вошел.

У дальней стены на диване лежала симпатичная женщина лет двадцати пяти, в трусиках и лифчике. При виде незнакомого мужчины ее глаза широко раскрылись.

– Полиция. Спокойно, – предупредил Лепски крик, готовый сорваться с ее губ. – Взгляните. – Он протянул удостоверение.

Женщина схватила халатик и накинула его на себя.

Лепски пододвинул стул, сел, закурил и неожиданно улыбнулся.

– Привет, Мей… Чего ты так испугалась?

– Что вам нужно? – прошептала она. – Вы не имеете права врываться ко мне… Уходите.

– Я ищу Риккарда, – продолжал Лепски. – Ты уехала с ним из Парадиз-сити три дня назад. Где он?

– Я не знаю.

– Подумай хорошенько, детка. От кого он убегает?

– Я не знаю.

– Если это все, что ты можешь мне сказать, нам придется проехаться в полицейское управление, где тебя посадят в вонючую камеру. И там тебе не удастся получить очередную дозу героина.

Ее глаза сверкнули ненавистью.

– Я сказала, что ничего не знаю! Вы не можете посадить меня за решетку! Я ничего не сделала! Уходите!

Лепски печально покачал головой.

– Когда я прихожу к наркоманке, которая не хочет мне помочь, я приношу с собой пакетик белого порошка. А потом говорю шефу, что нашел его в ее сумочке. Почему-то мне верят, а ее бросают в камеру. Вот такие дела, крошка. Извини… Мне неприятно говорить об этом, но в нашей работе иногда приходится пачкать руки. Где Лысый?

– Я не знаю, – повторила Мей и, увидев сдвинувшиеся брови детектива, торопливо добавила: – Он кого-то боялся. Он пришел ко мне и попросил отвезти его сюда. Он пытался нанять лодку, но теперь ему никто не доверял. Он очень нервничал, велел мне остаться у До-До, а сам взял напрокат машину и вернулся в Парадиз-сити. Он сказал, что оставит чемодан в камере хранения в аэропорту. И еще, что в Парадиз-сити у него есть друзья и он сможет занять у них деньги. Я осталась здесь и больше его не видела.

– А почему Лысому перестали доверять?

– Он приезжал сюда два месяца назад, нанял моторную лодку и утопил ее.

Лепски прищурился.

– Утопил? Как это могло случиться?

– Кто-то стрелял по ней. Не спрашивайте меня, я ничего не знаю. Он мне не рассказывал. Мне лишь известно, что лодка затонула.

– У кого он нанял лодку?

– Не знаю.

– Кто его друзья в Парадиз-сити?

– Соло Доминико и Дэнни О'Брайен, – поколебавшись, ответила Мей.

– Значит, он оставил тебя здесь и увез чемодан в аэропорт? Зачем?

– Он хотел спрятать его в надежном месте.

– Почему?

– Там лежало что-то очень ценное.

– Что именно?

– Не знаю. – Пальцы Мей сжались в кулаки. – Когда вы от меня отстанете?

– А какой у него чемодан, Мей?

– Обычный чемодан… из белого пластика с красной полосой… Ничего особенного.

Лепски замер.

– Как ты сказала?

Мей удивленно взглянула на него.

– Потрепанный чемодан из белого пластика с красной полосой.

Лепски почувствовал, что повышение само плывет к нему в руки.

– А теперь скажи мне: кого он боялся?

Мей сжалась в комок.

– Я же сказала… Я ничего не знаю.

Лепски встал. Он не сомневался, что женщина знала, кого боялся Лысый, но могла сказать об этом только на допросе. Дальнейшие разговоры в этой комнатке не имели никакого смысла.

– О'кей, Мей, одевайся. Мы едем в управление.

– Я же сказала, что ничего не знаю! – взвизгнула Мей. – Вы не имеете права увозить меня отсюда!

– Не шуми и одевайся! – рявкнул Лепски. – Ты должна поехать со мной.

В этот момент распахнулась дверь, и Мей, закричав, упала на диван, лицом вниз, будто пытаясь спрятаться от беды.

Лепски обернулся.

Низенького роста, широкоплечий, почти квадратный мужчина, лицо которого скрывала маска из носового платка, уже стрелял. Мей подпрыгнула и затихла навсегда. Лепски метнулся в сторону, упал на пол, но прежде чем он успел достать пистолет, дверь захлопнулась. Детектив вскочил и выбежал в коридор. С лестницы доносились чьи-то торопливые шаги. Послышался негодующий вопль До-До, тут же перекрытый оглушительным выстрелом. Сбегая по ступенькам, Лепски услышал, как взревел мощный мотор автомобиля.