Хельга допила мартини.

– В жизни не слышала такой чепухи, – проговорила она. – Колдовство, чары… кровавые жертвоприношения! – Она нетерпеливо взмахнула руками. – Скажем, можно понять, когда темные невежественные туземцы верят в эту чепуху. Но вы… уж вы-то особенно… как вы можете верить в такую невежественную чушь!

Гриттен невозмутимо смотрел на нее:

– Ваши возмущение и реакция понятны, миссис Рольф. Когда я сюда приехал, тоже считал «Вуду» чепухой. И еще не верил, что человек когда-нибудь ступит на Луну. Прожив здесь двадцать лет, я абсолютно уверен, что «Вуду» не только существует, но и обладает страшным могуществом. Уверяю вас, Джонс так же опасен, как и Мала Му. Тот, кстати, умер в тюрьме. Полиция подозревает, что он многому научился у чародея и теперь занимается колдовством, хотя доказательств нет.

Тирада экс-инспектора показалась Хельге настолько нелепой, что она потеряла терпение.

– Я отказываюсь вас воспринимать всерьез, – отрывисто сказала она. – Допускаю, что, прожив столько лет в этом экзотическом жарком мирке среди темнокожих суеверных туземцев, вы могли уверовать в такую бессмыслицу, как колдовство. Но я не верю и никогда не поверю.

– Миссис Рольф, вы обратились ко мне, и я сообщаю вам факты, а они – упрямая вещь. Верить в них или нет – ваше дело. Но вот что беспокоит полицию: Джонс стал владельцем дорогого мотоцикла. Старший инспектор Гаррисон, начальник здешней полиции, ломает голову, как мальчишка-бедняк вроде Джонса смог раздобыть более четырех тысяч долларов на покупку такой машины. Рядом с «Вуду», поверьте мне, всегда есть шантаж, миссис Рольф. – Гриттен помедлил и посмотрел на нее испытующим взглядом голубых глаз. – Если Джонс кого-нибудь шантажирует, полиция гарантирует абсолютную тайну имени жертвы. Гаррисону очень хочется упрятать Джонса за решетку.

«Боже! – подумал Хельга. – Во что я снова сумела вляпаться!»

Не сводя с нее глаз, Гриттен ждал, но, не получив ответа, продолжал:

– Люди часто скрывают, что их шантажируют. Их можно понять, но руки полиции оказываются связанными. Хотя она всегда относится уважительно к жертвам шантажа и оберегает их.

Хельга колебалась: не рассказать ли ему все об этой грязной истории? Ей хотелось переложить на Гриттена свои невзгоды, но страшила перспектива раскрыться в образе стареющей женщины, у которой припекает в штанишках.

– Я просила вас, мистер Гриттен, – холодно сказала она с металлическим оттенком в голосе, – узнать, сломал или нет Джонс руку и где теперь он и девушка, Терри Шилдс, живут. Сейчас я решила не нанимать больше Джонса. Чародей или шантажист, меня он не интересует. Но что у него с рукой?

– Да, миссис Рольф. Действительно, он сломал руку. Вчера вечером его неудачно занесло на мотоцикле, и он получил травму.

Хельга выдохнула с облегчением. Сломанная рука не была только предлогом, Терри не солгала. Главное, юноша не выдумал эту сказку, лишь бы не попасть к ней в постель.

– А где он живет?

– Прошлую ночь он провел в прибрежной хижине, принадлежащей Гарри Джексону, – ответил Гриттен, не сводя с нее глаз.

Хельга была поражена, но ухитрилась не подать вида.

– Странно. Он был один?

– По словам моего агента, который и сейчас наблюдает за хижиной, около часу ночи к нему присоединился Джексон. Тот вышел утром в начале десятого. Джонс все еще в хижине.

– А там не было девушки?

– Нет, миссис Рольф.

Хельга на минуту задумалась, но потом пожала плечами. Она демонстрировала свое безразличие, которого на самом деле не испытывала.

– Что ж, спасибо, мистер Гриттен. У меня появилось небольшое затруднение. Поскольку я решила не нанимать Джонса, а мне нужна прислуга, вы не могли бы порекомендовать мне кого-нибудь?

– Разумнее будет не брать на работу вест-индца, миссис Рольф, – немного подумав, ответил Гриттен. – У англичанки, работающей у меня, есть сестра, ищущая работу, миссис Джойс. Ее муж, рыбак, утонул во время шторма в прошлом году. Я могу рекомендовать ее.

– Не попросите ли вы ее прийти ко мне завтра утром? Я платила Джонсу сто долларов в неделю. Ей будет достаточно?

– Это слишком много, миссис Рольф. Пятидесяти будет вполне достаточно.

Хельга раздраженно ответила:

– Я буду платить ей сто долларов в неделю. Деньги помогают людям, а я люблю, когда мне благодарны.

Гриттен снова посмотрел на нее пристальным взглядом полицейского:

– Она будет в восторге.

– Тогда, пожалуй, все, мистер Гриттен. Спасибо за сведения. Работа, или как вы ее называете, выполнена.

Экс-полицейский на секунду задумался:

– Тут еще девушка, Терри Шилдс. Вам нужны сведения о ней?

Хельга уже была сыта по горло Диком Джонсом и девушкой. Она не желала о них ничего больше слышать.

– Она меня тоже не интересует. Благодарю за все, что вы для меня сделали.

Гриттен выколотил трубку в пепельницу.

– Тогда я должен вернуть вам часть денег, миссис Рольф.

– Я повторяю: работа закончена. – Она выдавила из себя улыбку. – Вы мне ничего не должны. Спасибо за сведения.

Тот встал:

– Вы уверены, что не стоит покопаться в ее прошлом?

Хельге хотелось поскорее остаться одной. Она с трудом сдерживалась, чтобы не накричать на него.