Шрифт:
…Он поздно ощутил преграду, Гермиона сжалась, всхлипнув от боли. В ее глазах было столько муки, что сердце разрывалось. По ее щекам потекли слезы. Драко замер.
«Черт! Я первый, я у нее первый! Она только моя и ничья больше!»
— Почему ты не сказала? — хрипло проговорил он. — Больно?
Девушка отрицательно покачала головой, но он-то видел, как ей плохо…
Стараясь не двигаться в ней, он целовал ее губы, сцеловывал слезинки. Руки ласкали ее грудь.
Гермиона потихоньку начала расслабляться, и сама задвигала бедрами. Драко осторожно начал двигаться.
«Салазар Всемогущий! Какая же она горячая и узкая».
Главное не спешить, от такого сумасшествия он готов был кончить.
Боль отступила, Гермиона растаяла в каждом его прикосновении, в каждой ласке. Ей казалось, что его руки везде и разом, а губы безраздельно властвуют над ней. Каждый его точек внутри нее, каждое его движение…Она понимала, что растворяется в нем, в его силе, в его напоре…
Пламя их страсти вдруг взорвалось неимоверным фейерверком острого, яркого и всепоглощающего блаженства.
Наверное, Гермиона кричала, потому что Драко, накрыл ее губы своими, пытаясь заглушить ее стоны. Целуя ее, он все продолжал с каждым упоительным движением взрывать ее вселенную.
А потом Гермиона, словно умерла…потому что живые такого не испытывают, все разлетелось на миллиарды осколков…
Следом и Драко застонал, сжав зубы, и его тело вдруг напряглось. Такая сладкая усталость во всем теле и чувство невероятного счастья…
Когда он осторожно покинул ее тело и лег рядом, поглаживая Гермиону, она все еще лежала, закрыв глаза…Не хотелось думать ни о чем. Ей просто хорошо здесь и сейчас…с ним. Такое невероятное, почти физическое ощущение счастья…
Драко отодвинул покрывало, укрывая девушку и себя. Она уютно устроилась в его объятьях, он вдыхал аромат ее волос и тела…
Они молчали…
Здесь неуместны были слова…
Глава 14
Драко проснулся, уже рассвело. Даже не открывая глаз, он ощутил, что она рядом. Редкие радостные лучики пробивались, сквозь замерзшее окно, и падали на волосы хрупкой девушки, лежащей рядом с ним. Они будто переливались золотом, сверкая все ярче. Ее размеренное дыхание согревало его грудь. Он все еще обнимал ее. Так непривычно проснуться с кем-то… А тем более с ней…
Ее мягкие волосы ласкали его плечо и руку. Ее умиротворенное лицо казалось таким безобидным. Драко пальцами провел по ее щеке.
«Какая она красивая…» — непроизвольно пронеслось в голове.
Все это было таким необычным, никогда он не оставлял ни одну девушку на ночь, всех выгонял.
Перед глазами пронеслась вчерашняя ночь…
«Я стал первым! Она подарила себя мне, я видел, что она хотела этого сама».
Сердце забилось сильнее, он почувствовал себя особенным. Никогда ему еще не было так хорошо. Но все когда-то кончается. Ему безумно не хотелось вставать, а хотелось остаться тут на вечно… Запереть все двери и пропасть…
Но нужно было выпить зелье Снейпа.
Драко погладил ее пальцы и аккуратно убрал с себя ее руку, медленно выскользнул из постели. Гермиона пошевелилась, но не проснулась. Зарывшись руками под подушку, она продолжила спать. Драко обмотал полотенце вокруг бедер, достал из шкафчика зелье и выпил. Нужно было сходить в душ, он тихо открыл дверь и проскользнул туда…
Гермиона открыла глаза. Сначала она не сразу поняла, где находится, увидев зеленое покрывало, она вспомнила их ночь. Место на котором он лежал, все еще хранило его тепло.
Девушка поднялась, все тело болело, но несмотря на эту боль, сердце ее трепетало. Гермиона понимала, чего оно хочет, вернее кого…кого оно желает.
Вчерашняя ночь стала лучшей для нее, этот огонь, который охватил их полностью…он поглощал, заставлял забыться.
Но догадка озарила ее.
«Он ушел! Он ушел, чтобы не видеть ее… он жалеет о том, что произошло…»
Паника накрыла Гермиону. Выползая из постели, она схватила платье и туфли. Но в чем же ей идти? Она взяла покрывало и замоталась в него.
«Срочно бежать!»
На цыпочках она вышла из комнаты, в гостиной было тихо. Гермиона спешила в спальню. Вдруг блеснуло на ковре колье, которое вчера сорвал Малфой с ее шеи. Схватив его, она поспешила к себе.
Драко вышел из душа, он сразу почувствовал, что ее нет… она ушла.
Покрывало с его кровати пропало, и только вмятина на постели от ее тела и капельки крови на простыне напоминали, что она была здесь…
Сидя в комнате, Гермиона размышляла:
«Мерлин, что же я наделала! Я эгоистка, что я скажу Нику? Как я могла так поступить? Он доверяет мне, а я…»