Я написала ему со стоянки, как он меня и просил.

Я: «Я на месте!»

Шторм: «Отлично. Встретимся у черного входа, детка. Я буду ждать тебя там»

Я обошла здание, прошла несколько мусорных баков и дошла до черного входа. Я слегка надавила на дверь, и она немного приоткрылась. Он потянул меня внутрь, закрыл за мной дверь и прислонил к стене, став своим телом вплотную к моему. Он покрывал мое тело и губы своими поцелуями, его руки были на моей талии. Я бросила свою сумку и обнимала его за шею, вытягивая свою, чтобы встретиться с его изголодавшимся ртом. Даже стоя на семи с половиной сантиметровых каблуках, он все равно возвышался надо мной.

– Черт, я скучал по тебе, - пробормотал он, прижимаясь губами к моей шее. – Ты всегда так чертовски хорошо пахнешь, - выдохнул он и схватил мочку моего уха, нежно посасывая, и посылая по моему телу дрожь.

– Я скучала по тебе… - повторила я, мой разум уже задурманен.

Он отступил и взял меня за руку.

– Пойдем, я хочу познакомить тебя с парнями до того, как мы выйдем на сцену.

Мы прошли по темному коридору задней части клуба, в основном тут валялись старые коробки и ящики с мусором, а потом он провел нас через другую дверь, где тусовалось несколько человек, настраивали инструменты, выпивали и болтали.

– Эй, ребята, я хочу официально познакомить вас с Эвелин… - объявил Шторм.

– Так же известная как Снежная цыпочка, если кто из вас не знает, - добавил Аш.

Я слабо ему улыбнулась, не совсем уверенная, он просто шутит или говорит с сарказмом. И от его сходства со Штормом мне до сих пор немного не по себе.

Шторм усмехнулся и крепче сжал мою руку.

– Да, она же Снежная цыпочка. Эви, ты уже знакома с моим братом Ашем и моим двоюродным братом Лукасом. Это еще один мой брат Тэлон - барабанщик, мой брат Майка, мой двоюродный брат Вандал…, это Робби, он помогает нам со всякой фигней, и это Джилл.

Джилл. Сисястая. Я была близка. [прим.пер.: в оригинале эти два слова близки по звучанию]

Все сказали мне «привет» или «как жизнь» или что-то типа «привет», а я в ответ застенчиво улыбнулась и ответила «привет». Все такие невероятно красивые в татуировках и с пирсингом и практически у всех них длинные волосы. Вандал выделялся как черная туча в летний день. Его иссиня-черные волосы длиннее, чем у кого-то из них, не уложенные и закрывали практически половину лица. Глаза такие темные, почти черные, а кожа цвета темного кофе обтягивала огромные мышцы. У него был глубокий взгляд, никакой улыбки. Честно говоря, он немного пугал, но было в нем что-то такое, что приковывало внимание. Я почувствовала, что если бы он хоть немного повысил голос, то я бы сжалась в уголку и пару секунд обнимала себя, успокаивая.

Джилл посмотрела на меня взглядом дьяволицы, прислонившись к огромному динамику, скрестив на груди руки. Я старалась не смотреть на ее лицо. Не хотела видеть рот, который был на Шторме, очевидно, не требующий подробных указаний, в отличие от меня.

Шторм усадил меня на табурет в стороне от сцены, спрятав от толпы. Слегка подталкивая меня раздвинуть ноги, он встал между моих бедер и поцеловал в губы.

– Я мог бы украсть этот табурет для нас на потом, - дразнил он, прижимаясь ко мне своей эрекцией.

Его рука скользнула под мое бедро – я была одета в джинсы – притягивая меня еще ближе к своему телу.

– Не уверен, что смогу сегодня играть, зная, что ты сидишь здесь, вся такая сексуальная.

Я в шутку надулась:

– А я ведь умирала от желания услышать, как ты играешь.

– Уйдем отсюда, как только выступление закончится. Я хочу побыть с тобой наедине, - простонал он, его темные глаза опустились до уровня моей груди. – Ты прекрасно выглядишь сегодня.

Схватив края его расстегнутой рубашки, я поцеловала его голую грудь, прямо под тяжелым черным крестом, который весел у него на шее.

Глубоко вздохнув, он отстранился:

– Ладно, детка. Оставайся здесь, хорошо?

Я кивнула и убрала с его лица волосы, чтобы заглянуть ему в глаза.

– Я никуда не собираюсь.

Никогда.

Сидя так близко к группе, когда они играли, почти оглушало меня, но это так возбуждает. Музыка вибрировала через мое тело, пульсировала в моих венах. Я не могла оторвать глаз от Шторма, как он играл свои риффы и заигрывал с толпой. Его сценический образ, несомненно, сексуальный, манил фанатов желать именно его. И я была сейчас совершенно очарована им, как и те фанаты. Я рассмеялась, когда он подошел к той части сцены, где стоял Вандал, и они какое-то время играли вместе. Шторм улыбался Вандалу как сумасшедший, пытаясь заставить улыбнуться и его, но Вандал только качал головой. Толпа смеялась и выкрикивала имя Вандала.

– Ты ему скоро наскучишь.

Я повернулась, улыбка медленно сошла с моего лица.

Вблизи Джилл не такая и красотка. Есть в ней какая-то жестокость и пустота в глазах. Если бы я встретила ее где-то, как незнакомку, мне было бы ее жаль. Я бы задалась вопросом, что произошло в жизни этой женщины, что у нее такой злой и безжизненный взгляд.

– Думаю, время покажет, так что посмотрим? – я развернулась от нее, направив свое внимание снова на группу. Не позволю ей взять надо мной верх.