Он закатил глаза и пошел обратно на диван, потирая лицо тыльной стороной руки.

– Иди сюда, - он затянулся своей сигаретой. – Ты расстроена. Подойди, поговори со мной.

Я снова закрыла лэптоп и пересекла комнату, усевшись на диване рядом с ним. Я подобрала под себя ноги и положила на колени подушку.

– Я немного расстроена, - призналась я, глядя на него через закрывающие мое лицо волосы.

– Почему? Я думал, что у нас была отличная ночь. Я сделал тебе больно? – на его лице появились морщинки беспокойства.

Я взяла его за руку и стала рисовать на ней пальцем круги.

– Нет… ну, да, немного, но это не поэтому.

– Тогда скажи мне.

Я кивнула в сторону лэптопа.

– Комментарии, фото. Я к такому не привыкла. Некоторые говорят обо мне настоящие гадости. О нас.

Он притянул меня к себе на колени:

– Эви, я знаю, что это тяжело, но ты не должна позволять им добраться до себя. Я не хочу скрывать тебя. Я хочу быть на публике с тобой. Но вместе с этим будет появляться и подобное дерьмо. Нам нужно просто игнорировать, как только сможем. Я вырос со всем этим. Я привык, что люди публикуют фото со мной в журналах, а потом начинается это общественное дерьмо. И я ненавижу то, что и тебе придётся с таким столкнуться.

Он убрал с моего плеча волосы и поцеловал в том месте.

– Прошлая ночь была чертовски невероятной. Давай лучше поговорим об этом.

– Там был…, но…

– Но, что?

– Один из комментариев… Там написали, что знакомы с группой, и что ты со мной только ради рекламы. Чтобы привлечь внимание, так, кажется.

Отстранившись, он покачал головой и сжал челюсти.

– Ты, блядь, шутишь? Ты же не поверила в этот бред, правда?

Я потупила взгляд, и его взбесило то, что я засомневалась в ответе.

– Гребаная Джилл, скорее всего, написала половину всего из этого дерьма. Она все время делает подобную хрень, чтобы начать неприятности.

Ну, в этом есть смысл. Очевидно, она хочет, чтобы мне было некомфортно, и она, как мне кажется, именно из тех людей, которые будут делать глупости, только чтобы встать между мной и Штормом.

– Я не играю в чертовы игры или занимаюсь всяким бредом ради рекламы. Я не хочу такой огласки.

Он провел рукой по моему бедру, под тонким шелком моего халатика. Его пальцы скользнули между моих ног.

– Мои чувства к тебе настоящие. Ты для меня важнее всего.

До того, как я успела ответить, он поцеловал меня, глубоко и грубо. Я чувствовала гнев в его прикосновениях, его разочарование из-за моего недоверия. Я ненавидела, что засомневалась в нем.

Он развернул меня, положив меня поверх себя, не разрывая поцелуй. Его твердый, горячий член упирался мне в задницу. Он приподнял мой тоненьких халат до талии и поднял мою ногу, отвел ее в сторону и опустил ее поверх своей. Одним плавным толчком он вошел в мою киску сзади, от неожиданности у меня перехватило дыхание. Его рука поднялась к моей груди, его губы были на моей шее, посасывая и покусывая.

– Для тебя это похоже на игру, детка?

Я выгнула спину назад и больше открылась для него, постанывая в подушку.

– Никогда не сомневайся во мне, Эви.

Он перекатил меня немного на бок, придавливая меня к дивану, позволяя мне почувствовать больше веса своего тела. Он сильнее входил в меня, его яйца ударялись об меня.

– Мне нравится трахать тебя даже больше, чем я мог себе представить, - зарычал он мне на ухо. – Я не могу тобой насытиться.

Он замедлился, медленно высовывая из меня свой член сантиметр за сантиметром, а затем, входя еще медленнее, растягивая ощущения, и снова неспешно выходил. Он двигал по кругу бедрами, медленно входя в меня. Я протянула руку себе за спину и нащупала его тело, моя рука была на его мускулистом бедре, ногти впивались в его плоть, в попытке заставить его сильнее войти в меня.

– Не будь такой жадной, - прошептал он, входя в меня. Вне себя от счастья, я выкрикнула его имя. Мое тело молило еще больше его, я увлажнилась там, сжимаясь вокруг него, пока он вдалбливал мне сзади.

– Твоя киска уже любит меня, так? – Боже, я обожаю, когда Шторм говорит так грязно. Думаю, он мог бы заставить меня кончить, просто говоря подобное на ухо.

Он взял меня за руку, которая была на его бедре, и переплел наши пальцы, а потом опустил наши руки над моей головой, разворачивая наши тела, пока я не легла плашмя, лицом на диван, а он во всю длину лег надо мной. Свободной рукой он скользнул под меня и приподнял мои бедра, моя задница оказалась в воздухе, и тогда он вошел в меня. Проведя рукой между моих ног, пальцами он нащупал мой клитор, опухший и пульсирующий, ожидающий его. Он действовал своей чудесной рукой со мной, потирая пульсирующий холмик, пока вдалбливал мне со спины. Я сжала его руку и прокричала его имя в диван, кончая. Моя влага затопила его член во мне. Неожиданно он вышел из меня, отрывая меня от государства моей мечты – Оргазма, и быстрым движением перевернул меня под собой, и снова вошел в меня. Я обхватила его ногами и руками, губами и языком изучая его грудь. Я смотрела на него, когда он достиг кульминации: он закатил глаза и немного приоткрыл рот. Он сам был как чистейший экстаз. Его хватка на моей руке ослабла, а большой палец медленно и нежно начал выводить на моей руке круги. Его мышцы на руках и ногах начали расслабляться.

Через несколько минут и небольших, ленивых толчков, он открыл глаза и посмотрел вниз, на меня.

– Я люблю тебя, Эви. Я это знаю, с той минуты, как мы встретились, все было похоже на сумасшедший поезд без всяких ограничений, но я, правда, люблю тебя.

Он сделал глубокий вдох:

– Я не стал бы шутить с таким чувством, как любовь, ты это знаешь. И я не думал, что когда-то она придет ко мне. Ты стала для меня подарком.

– Шторм… - мое горло сдавливали нахлынувшие эмоции. Искренность его слов потрясла меня.