Арман с сомнением посмотрел на манускрипты.

— Не-а. Моё. А тело, если он и правда умер, мы тебе задаром принесём. Честное драконье.

Мужчина грустно усмехнулся.

— Алис, да ладно тебе, — говорил Арман, наливая мне ещё одну кружку мятной настойки. Остаток ночи он потратил, чтобы объяснить изумлённому трактирщику, откуда в комнате взялся виноград и зачем мы привязали своего "друга" к стулу. — Вот увидишь, всё хорошо будет. Кто он хоть такой, этот Александр, что ты так расстроилась? Что-то я его не помню.

Люциан спал — после убойной дозы снотворного-то — и даже тихонько похрапывал. А я, всхлипывая, рассказывала, рассказывала, рассказывала…

Арман только погладил меня по волосам и прижал к себе. И тут же принялся строить планы спасения (точнее, штурма инквизиторских застенок). Но, когда я предложила отправиться навестить местную церковь, только отмахнулся.

— Не, Алис, это не по-геройски, — и тихо добавил. — Тем более с тем монахом, которого мы похитим, потом может случиться то же самое. Лучше сразу убить.

Я была согласна убить. Я к тому моменту была согласна уничтожить всех монахов на свете, но Арман тормошил меня и вливал очередную кружку, терпко пахнущую мятой.

Так ни к чему и не придя, мы утром отправились в путь.

Слава богу до Хотфолды было недалеко: мы высадили Люциана на границе где-то пополудни. Арман просто разжал когти — по соображениям безопасности Люциану лететь верхом, то есть рядом со мной, запретили. Так, на всякий случай.

Мы покружили немного над маленьким городком, посмотрели на суетящихся жителей, на живого и очень злого Люциана, плюнули огнём, чтобы веселее было. И улетело, пока эти чудики не притащили что-нибудь пострашнее копий.

А ещё спустя три дня мы ударным лётом добрались до Ромулии.

Арман решил, что превращаться в дракона так близко от резиденции Святого престола по меньшей времени глупо. Так что мы присоединились к пилигримам и так пробрались в Святой град.

— Вот закончим, обязательно прогуляемся по окрестностям. Здесь, говорят, такие сокровища можно откопать — закачаешься, — рассуждал Арман. — Эй, Алис, ты меня слушаешь?

Я смотрела на возвышающееся перед нами здание — белое, лёгкое, с круглым окном-розой, стрельчатыми боковыми окошками и статуями ангелов, попирающих горгулий. Если подслушанные Арманом сведения были правдивы, где-то здесь, под этим зданием должны быть громадные лабиринты темниц, примыкающие к городским катакомбам.

В глаза бросился крест, победно сияющий на громадных воротах воздушного здания, и я, вскрикнув, отшатнулась.

— Вы в порядке, госпожа? — тут же раздался напряжённый голос.

— Конечно, — откликнулся Арман, обнимая меня за плечи. — Моя сестра поражена величием Святого престола.

Рыцарь в белых лёгких доспехах с красным крестом на нагруднике с сомнением посмотрел на меня. Я попыталась улыбнуться. Его меч гипнотизировал меня, я заворожённо следила за рукой в белой латной перчатке, мягко поглаживающей рукоять…

— Эм-м-м, доблестный страж, — прозвенел голос Армана и я, вздрогнув, отвела взгляд. — А вы не знаете, где тут можно остановиться честному дракону и ведьме?

Я замерла, а рыцарь неожиданно улыбнулся и ткнул рукой куда-то в россыпь зданий справа, принявшись расписывать достоинства местных гостевых домов. Дракон о чём-то переспрашивал, кивал и, дождавшись пожелания приятного дня, потащил меня прочь.

— Как ты это сделал? — ахнула я, когда мы отошли достаточно далеко. — Почему нас не схватили?!

— А как раньше делал? — хмыкнул Арман. — Глаз отвёл. Приличному дракону без отвода глаз никуда.

— Но ты сказал, что мы…

— Эх, Алиса! — улыбнулся Арман. — Лучше всего глаз отводит правда. Запомни, вдруг у тебя тоже способности откроются. Знаешь, я скоро не удивлюсь, если ты тоже в дракона превращаться начнёшь.

— Ну, это вряд ли, — фыркнула я.

Хотя чем чёрт не шутит… Я тоже не удивлюсь.

День мы провели очень бурно: Арман отвёл меня к целителю, под этим предлогом закупил кучу всяких трав и зелий, узнал, как ими пользоваться ("А вдруг моей сестре резко поплохеет. Вы её ещё не знаете, она у меня такая хворая…"). А я тем временем стонала, пока серьёзный подмастерье целителя сосредоточенно ощупывал мне ногу.

Зато к вечеру я почти не хромала. И мы запаслись нормальной одеждой паломников и лекарствами. А ночью совершенно "случайно", просто сбившись с дороги, снова вышли к воздушному зданию. Всем останавливающим нас патрулям Арман, смиренно опустив взгляд, сообщал, что он с сестрой идёт помолиться за несчастных, осквернённых дыханием дьявола. Ибо обет такой. Все без исключения покупались на эту сшитую белыми нитками историю.

Так мы до здания и дошли. И даже пробрались во внутренний двор. Тут Арман выпутался из неудобного белого плаща, развернул его тёмной изнанкой и, усмехнувшись, объяснил, что это тоже для отвода глаз. Не знаю, насчёт отвода, по-моему больше с тенями помогало сливаться, ну да ладно.