— Ааах. Ты хочешь, чтобы я снова кончил прямо сейчас.

— Перевернись, — приказала я.

Теперь он был на спине, а я расположилась на его бедрах. Я целовала его губы, опускаясь по его подбородку к широкой шее. Мои губы исследовали мышцы плеч и верха рук, пока не наткнулись на его упругие соски, закручивая языком их очертания. Его пальцы зарылись в волосы, когда он повел мои поцелуи вниз по его упругому животу. Он направил меня вниз к паху и начал толчки от кровати, когда мой язык закружил вокруг вершины его члена.

Он начал стонать, когда мои пальцы играли с его шарами, пропуская их сквозь коготки и его толчки стали сильнее и выше, умоляя взять больше. Я позволила всей длине пройти вглубь до самого края глотки и, медленно выпуская назад, мой язык кружил по всей эрекции, в то время как пальцы продолжали эту сладкую пытку с его упругими шарами. Пол стонал и извивался, его бедра дрожали, когда я почувствовала его растущий и опухший член. Закончив, я оторвалась от него и перевернулась на спину рядом.

Он открыл один глаз и посмотрел на меня с ухмылкой.

— Это было чертовски офигенно... Не уверен, что могу двигаться.

Я улыбнулась в ответ и скользнула рукой вниз по моей груди и животу к верхней части лобка и сказала:

— Хорошо, ты просто отдохни здесь, я сама о себе позабочусь.

Мой один палец скользнул вниз, и я начала работать над клитором. Зарычав, он подскочил и сказал мне в разочаровании.

— Черт! У меня больше нет презервативов.

— Верхний ящик, — сказала я.

Он протянул руку к моему ночному столику, достал одну упаковку и, разорвав, уже надел его на себя. К тому времени я была на грани взрыва. Пол нагнулся и перехватил мою руку своей.

— Так-так... Позволь мне сделать это.

И стал доказывать, что выучил эту науку на зубок. Он забрался на меня, используя одно колено, чтобы продолжить мое дальнейшее рассыпание на кусочки от наслаждения без каких-либо прелюдий и расположившись напротив моей горячей и истекающей плоти, стремительно вошел в меня. Он двигался во мне искусными, долгими и глубокими толчками. Его рычащие звуки взмывали меня в небо, пока его конец достигал самых глубин моей плоти и выходил почти на всю длину и снова, и снова. Мои ноги были обернуты вокруг его бедер, и всеми возможными мускулами, я сжималась и тянулась к нему, старясь облегчить его старания. Мой таз и спина отрывались от кровати, с наслаждением сталкиваясь с его пахом. Он весь покрылся потом, и тело дрожало, когда я наблюдала, как его голова запрокинулась назад в последнем толчке перед взрывом. Я сжала ноги покрепче вокруг его бедер, пока нежно покачиваясь, он возвращался с небес. Задыхаясь и хватая ртом воздух, он навзничь упал на кровать рядом со мной. Слегка повернувшись, я улеглась на его плечо, и его массивная рука обняла меня.

— Вот, Черт! — сказала я.

Я почувствовала тряску его тела от смеха, и он проронил:

— Это точно.

Мы лежали закутанные своими потными телами, руками и ногами в моих простынях. Целуясь и прикасаясь друг к другу, мы то проваливались в сон, то возвращались к ласкам, борясь с часами. Но царство Морфея окутало нас обоих в забытье, и, в итоге, мы уснули в объятиях. 

Утром я проснулась, сияя после волшебной ночи. Прежде чем открыть глаза, я убеждала себя не разочаровываться, если он исчез. У нас не было никаких отношений... у нас был очень, очень жаркий секс. Если честно, то я ожидала, что Пол испарится. Медленно открыла глаз и увидела его рядом с собой на постели. Он лежал спиной ко мне, я обернула свою руку вокруг его груди и прижалась телом к его спине. Его теплая шея манила, и я ее поцеловала.

Он приподнялся и, обняв мою руку, лежащую на его груди, своей, повернулся ко мне. Его глаза все еще были закрыты, но улыбка расплылась по губам, и я уже страстно желала эти губы. Я прижала свои голодные губы к его, и он ответил на поцелуй. Это было утреннее дыхание самого сексуального вида. Он медленно раскрыл глаза и посмотрел на меня.

— Эй, — сказал он этим самым сексуальным, низким голосом.

— Эй.

Он опустился на постель и расположил руку на своем животе.

— Ты перекормила меня прошлым вечером.

— Я постаралась выжать из тебя все лишнее, — ответила я с улыбкой.

— Мм... Да, ты это сделала, — сказал он. — Но... похоже, я потерял около трех килограмм, не меньше, перед взвешиванием к бою. Что, если ты приготовишь мне что-нибудь еще?

— Ладно, но не забывай о здоровом питании. Если ты моришь себя голодом, то также голодает и необходимая тебе мышечная масса.

— Говоришь, как истинный тренер, — заметил он, улыбаясь.

— Или тот, кому, действительно, нравятся мускулы, — шутила я в ответ.

— Ты можешь помочь отработать эти три килограмма, только убедись сперва, что именно мышцы, а не жиры... если найдешь время.

— Это с превеликим удовольствием, — сказала я. — Я же тренер, ты знаешь.

— О да, я знаю, — прорычал он низким голосом, от которого бабочки запорхали в животе. — Самый сексуальный, проклятье, тренер за всю мою жизнь.

И он снова меня целовал. Теперь он был более страстный, чем ранее и, именно сейчас в мозгу всплыло напоминание о приезде моей мамы. Тьфу ты!