— Б..дь, это кто был-то? — Серега стер пот, выступивший у него на лбу.

— Не похожа эта — Колька показал пальцем себе за спину — на ту, что нам описывали. Та вроде как молодая, а этой сто лет в обед.

— А это и не она — Герман сохранял спокойствие — Эта дама — она из другой сказки, она в зеркале закрыта, я ее еще час назад приметил. Я так думаю, что вот как раз эта-то гражданка — она местный житель. Я в этом просто-таки уверен.

Он встал и вплотную приблизился к зеркалу, в котором снова появилась женская фигура, спустя пару минут он даже приложил к нему руку, которую перед этим держал в кармане.

В этот момент до слуха сыскарей донесся какой-то шум с верхних этажей. Это были обрывки музыки и даже топот ног.

— Ну, вот и началось — с довольным видом сообщил напарникам Герман, обернувшись и убирая что-то в карман — Так сказать — понеслось по трубам. Так, все всё помнят?

— Не есть, не пить — бодро доложил Колька, трогая под мышкой свой пистолет. Доверия к верному оружию за последние полгода у него поубавилось, но — все-таки. Он теперь ждал, когда ему дадут такой же нож, как у Германа. Пока — не выдавали.

— Не верить, не бояться, не просить — хмуро добавил Крылов — Гер, неохота мне к ним идти. Они же мертвые бог весть сколько лет. Может, тут управимся?

— Фиг знает — легкомысленно махнул рукой Герман — Но, если чего — ты можешь и не ходить. Вон, с ней оставайся.

Он показал на зеркало, в котором снова маячила немолодая женщина в кофточке под горло и длинной юбке.

— Ну уж нет — замахал руками Крылов — Я лучше с вами!

В этот момент по лестнице зацокали каблучки — кто-то спускался сверху, и этот 'кто-то' был женщиной.

В пролете мелькнуло что-то белое, видимо, платье, и в этот момент Герман громко сказал -

— Мы уж вас заждались. Нет, женщинам позволительно опаздывать на свидание с мужчиной, но это если он один и влюблен. А нас все-таки трое, и мы не ваши любовники, к сожалению.

Цок. Цок. Бег замедлился, стал шагом, и секунду спустя сыщики увидели молодую и красивую девушку, с пышными, изящно убранными волосами, одетую в платье, наводящее на мысли о давно ушедшем времени. Она смотрела на них, но ни один из мужчин не смог поймать её взгляд.

— Трое — мелодично прозвучал ее голос — Трое — не нужны. Мне нужен один.

Она поднесла пальчик с золотым массивным кольцом к губам и стала переводить глаза с одного оперативника на другого.

— Только оптом — возразил ей насмешливо Герман — Увы.

— Не знаю такого слова — небрежно ответила девушка — И ты мне не нужен. Скройся. И ты, мальчик, тоже. Мне нужен вот этот, крепкий, сильный. Иди ко мне.

Она указала на Крылова, а после поманила его к себе.

— Не — не — Серега сжал в кулаке амулет Германа — Я без пацанов не пойду. Это неправильно. Лучше ты к нам спустись.

— Вот это правильно — одобрил его слова Герман — Идите к нам, мадмуазель.

Девушка явно не понимала, что происходит. Она помахала руками, как будто что-то стирала со стола, бормотала что-то себе под нос — но натыкалась лишь на насмешливый взгляд Германа.

— Никак? — наконец сочувственно спросил он у нее — Эх, беда, беда.

— Кто ты? — по лицу девушки как будто пробежала рябь, такая, какая бывает на воде при усилении ветра — Ты не чародей, я это вижу.

— Ну, так и ты не этих кровей — заметил Герман — Ты зачем людей за собой уводишь? Зачем их губишь? Не так, как должно, поступаешь, нет у тебя права на такое. Твое место — за зеркалом, и власть твоя может быть только над теми, кто сам, доброй волей или по глупости по коридору свечей туда придет. А тебе сюда ходу нет.

— Я сама решаю — куда идти и кого забирать — глаза девушки сузились.

— Да ты что? — Герман насмешливо нахмурился — Ну так попробуй это сделать со мной. Ну, а если не выйдет, то…

Красавица застыла, закусила губу, а после, развернувшись, припустила вверх по лестнице.

— За ней — скомандовал Герман, поморщившись — Эх, не вышло все тут решить, на месте. Несговорчивая попалась. Ну, ей же хуже.

Договаривал он уже на бегу, прыгая через ступеньку.

На третьем этаже громыхала струнная музыка, исполнявшая какой-то древний танец — может, кадриль, а может и полонез.

Несколько зеркал ярко мерцали, создавая причудливую картину светотени в темном коридоре. В свет одного из них и кинулась беглянка.

— Ну, парни, нас ждет галантный век — залихватски сообщил друзьям Герман и последовал за ней.

Хлоп — и по лицу Кольки, спешащего за своим наставником, как будто размазалась какая-то холодная и влажная пленка, тут же по ушам хлестнула оглушительная музыка с визжащими скрипками, а в нос шибанул спертый запах горящих свечей и одуряюще пахнущих духов.