Трещотка с отвращением жевала травы.

–  Он такой злющий стал из-за дождей, просто ужас, - прошамкала она, кивая на своего соседа.
– Ворчит да скрипит целыми днями, спасу от него нет.
– Она задумалась, шевеля усами.
– А вот когда я еще была молодой, наши воины ходили в большую палатку к Двуногим и брали оттуда сухую траву, - вдруг сказала старая кошка.

–  В какую большую палатку?
– переспросил Криворот, с тревогой покосившись на Ежевичинку. Может, из-за холодов и сырости старуха совсем выжила из ума?

–  А в такую, где Двуногие сухую траву хранят, - сердито проворчала старая кошка, взмахнув мокрым хвостом.
– Там еще шавка жила, мерзкая такая, черная с белым. Та еще была негодница, вечно тявкала. Она еще как-то на меня напала, помнишь, старик?

–  Как не помнить, - пробурчал Бурьяноусый.
– Она еще очень удивилась, когда ты развернулась, да как следует прочесала ее когтями по морде! То-то смеху было!

–  Точно!
– зашлась смехом Трещотка. Она заметно повеселела, даже глаза у нее просветлели.
– Хороший я задала ей урок, больше она не мешала нам там охотиться.

Бурьяноусый поглубже подвернул под себя лапы, распушил мокрую шерсть.

–  А почему ты вспомнила о той палатке? Неужто захотела на мышей поохотиться?
– с улыбкой спросил он.

–  Какие мыши, лягухоголовый ты дурень!
– махнула на него хвостом Трещотка.
– Сказано же тебе - в той палатке Двуногие хранят сухую траву. Коли пойти туда, да натаскать той травы, мы бы все спали на сухих подстилках! И мох никакой не понадобится, какой от него прок, когда он воду впитывает, что твой песок?

Глаза Бурьяноусого радостно заблестели.

–  Умница! Я всегда знал, что голова у тебя светлая… вот только язык чересчур длинный.

Ежевичинка вскочила на ноги.

–  Как ты думаешь, это возможно?
– спросила она у Криворота.
– Если Трещотка будет спать в сырости, ее кашель никогда не пройдет.

–  Ну конечно!
– Лапы Криворота загудели от радости.
– Трещотка, ты самая мудрая кошка во всем племени!
– воскликнул он. Как он сам не додумался до этого? Видимо, место, о котором говорила Трещотка, было похоже на амбар, где Криворот так счастливо жил в детстве! Как он мог забыть об этом тихом сухом уголке, надежно защищенном крепкими стенами и крышей, где плотно сложенные кучи сухой травы высятся до самого потолка, а в тишине шуршат мыши?
– Я сейчас же доложу о твоей идее Ледозвезду!

Криворот горячо лизнул опешившую старуху в ухо и вылетел из палатки.

Ледозвезд сидел под ивой. Увидев бегущего ему навстречу Криворота он встал и насторожил уши.

–  Трещотка сказала мне, что у Двуногих в амбаре всегда хранится сухая трава!
– выпалил Криворот.

–  Ну конечно же!
– встрепенулся предводитель.
– Когда я был оруженосцем, Трещотка брала меня туда охотиться! Это совсем близко к нам, за оградой, где живет собака, - продолжал Ледозвезд, возбужденно расхаживая по хлюпающему под ногами песку.
– Мы немедленно отправляемся!

–  А где это?
– уточнил Криворот. Определенно старики не могли говорить об амбаре Веснушки, который находился слишком далеко от территории Речного племени.

–  Сразу за изгородью, где живет собака, - объяснил Ледозвезд.
– Там за полем стоит высокое гнездо. Двуногие в нем не живут, они хранят там сухую траву, в которой водятся мыши.
– Предводитель вскинул голову. Даже весь мокрый, облепленный шерстью, он выглядел здоровым и сильным, как будто был вдвое моложе своего возраста.
– Цветенница, Травница, Оцелотка!
– подозвал Ледозвезд.
– Утеплять детскую закончите позже! Сейчас мы отправляемся на задание.

Желудь, не сводивший глаз со своей камышины, встрепенулся.

–  Что такое? Вы куда?

Криворот отряхнул мокрый хвост.

–  Мы идем за сухой травой для подстилок.

–  А где мы ее возьмем?
– спросила Цветенница. Она положила на землю кучу сухих листьев и со всех ног бросилась к предводителю. Травница спрыгнула с крыши детской, Оцелотка помчалась за ней.

Криворот нетерпеливо выпустил когти.

–  Заодно можем и на мышей поохотиться!

Солнечная выскочила из своего гнездышка, насторожила чуткие ушки.

–  Вы говорите про охоту?

–  Про охоту?
– высунулась из детской Мягкокрылая.
– В такую-то погоду? Разве можно ловить рыбу, когда такое течение?

–  Мы будем охотиться на мышей, - сказал Ледозвезд.

–  Тогда я тоже с вами!
– пропищала Светик, ловко выкатившись из-под материнских лап. Ее пятнистая рыже-белая шерстка мгновенно промокла под ливнем.

–  Светик!
– взвизгнула Мягкокрылая.

–  А почему ей можно, а мне нельзя-я-я-я, - заныла Мальва, сердито молотя лапками по материнским ногам.