Да реками-потоками,

Да стройками колхозными,

Да над Кремлем высокими

Немеркнущими звездами.

Август 1949

ПЕРВОМАЙСКАЯ ПЕСНЯ

Ты пройди поля Европы, осмотри пути-дороги,

Где рабочие кварталы снова в гневе и тревоге,

Где в застенках мрачных гибнут греческие патриоты,

Где эльзасцы и баварцы просят хлеба и работы,

Где звенит, как сталь тугая, голос мирного конгресса,

Где в Париже встали братья Арагона и Тореза.

Ты лети, как гнев крылатый, разрывая туч заслоны,

Там, где атомные бомбы копят в складах Альбиона.

Снова Черчилль жаждет крови, снова Трумэн ищет боя

И щекочет ноздри Мосли дым вселенского разбоя.

Над ангарами лети ты, где фугасок скрыты тонны,

Над Мадридом, где поспешно тюрьм возводят бастионы.

Ты минуй, как ветер жгучий, океана километры,

Там синеет ширь Гудзона и темны Чикаго недры,

Там людей линчуют черных, раздувая злобы пламя,

Белотелые убийцы с черными, как ночь, сердцами.

Гибнут в Гарлеме ребята, чьи не знают счастья годы,

Где рабочим людям солнце застит Статуя свободы.

Красный Май, над океаном пролетай к бесправным братьям

(К трудовым американцам не хочу любви скрывать я!)»

Чтоб не каркала над ними черных воронов орава,

Чтоб людей не отравила кривды горькая отрава,

Чтобы гневом неподкупным был сметен продажный Даллес,

Чтобы с Готвальдом дружили и с Тольятти побратались.

Красный Май, лети, как ветер, над китайским вольным

краем,

Где Чжу Дэ навеки поднял стяг заветный над Шанхаем,

Где приветствует свободу нива каждая и хата,

Где, разбитые, бежали Чан Кай-ши и чанкайшата.

Поклялись Восток и Запад помогать друг другу вечно,

Нет и не было на свете этой клятвы человечней!

ВЕЧЕР В КОЛХОЗЕ

День постоял в зените голубом

И лег за горкой, потрудившись вволю.

Еще моторы делятся теплом

С распаханной землей...

И дышит поле,

Нагретое трудом и щедрым солнцем.

Сегодня Май

Бригады в клуб созвал, —

Дивчатам, старикам и смуглым хлопцам,

Наверно, тесен этот клубный зал.

И стекла дребезжат от ветра пляски,

А людям что? Сошлись за много дней,

Им дай сюда симфоний рокот майский,

Моторов клекот, шорох ячменей.

Подвесь под потолок не лампы — звезды,

Ковры росистых зорек расстилай,

Чтоб радостью искрился теплый воздух

И чокался с людьми счастливый Май.

Гори, огонь, над улицей,

Лучом веселым брызгай!

Идет, от света щурится

Механик из „Парижской".

Такой — ну, что решает он? —

Невидный человечек.

А лампочки включает он

На сто — не меньше — свечек!

Работать с песней весело —

С сердечною такою!

И трогает он штепсели

Уверенной рукою.

И дети спотыкаются,

Спеша за ним гурьбою.

Свет яркий зажигается

Как будто сам собою.

Весенний вечер близится,

В росе траву купая;

И смехом взгляды брызжутся,

Во сколько свеч — не знаю.

Скамьи тесней поставлены,

Стихает в зале гомон...

Вам слово предоставлено,

Докладчик из райкома!

— Как там Индия бьется в гуле,

Рабства грязь смывая с души?

— Как идут там войною кули

На продажного Чан Кай-ши?

— Кто военными бредит базами,

Кто там смертью земле грозит?

— Люд голодный в далекой Азии

Знает правду про Уолл-Стрит?

— Как вздымается гнев над павшими,

Как в Эпире идут бои?

— И вачем крикливые маршаллы

Распивают с Франко чаи?

— Расскажи, — докладчика просят, «*-

О сегодняшнем трудном дне. —-

Пионеры карту приносят,

Тихо вешают на стен·.

Мы по карте учили этой,

Как народы свой ищут путь.

Так пройди ж, указка, по свету,

Ни одной страны не забудь!

В грязный Лондон из Вашингтона

По-над скалами, сквозь туман,