Как носились все эти «гуннские» мечи – не очень ясно, существуют разные мнения и реконструкции на этот счет 675 . Поясные детали, обнаруживаемые в гуннских (и не только гуннских) погребениях, могут относиться как к портупеям так и собственно к поясам – очень часто это невозможно определить.

Гунны, как отмечал Марцеллин, охотно использовали арканы. А вот копьями они, вероятно, почти не пользовались – ни один письменный источник об этом не упоминает. Авторам настоящей книги известен только один гуннский наконечник копья (уже упомянутое погребение в Саратовском Заволжье). Кинжалы в погребениях гуннов тоже почти не встречаются.

Несмотря на разнообразие мечей, создается впечатление, что всадники-гунны были довольно консервативны. Они не восприняли ни популярный в Европе того времени скрамасакс (боевой нож-тесак), ни кинжалы с вырезами у рукояти, бывшие в ходу у сармато-алан и, возможно, германцев. А вот для европейцев гуннская воинская мода оказалась заразительной. Правда, они переняли прежде всего декоративный стиль оформления оружия и аксессуаров – как это ни удивительно, но именно гунны, которых считали дикими варварами, в значительной мере передали европейцам свои представления об эстетике. Воины Европы заимствовали у гуннов чешуйчатый декор драгоценных обкладок ножен и седел, который стал популярен от Северной Франции до Кавказа (так оформлены ножны меча в Дюрсо, ножны скрамасаксов в Кавказской Алании). Да и в расцвете полихромного стиля, возможно, «повинны» гунны.

Но и гунны все же воспринимали несвойственные им мотивы. Уже упоминавшийся меч из погребения в Саратовском Заволжье был сарматского типа. Интересно, что этот меч имел нефритовую китайскую скобу для подвешивания, но к гуннам это не имело отношения – мечи сарматского типа иногда украшали китайскими скобами. Там же найдена золотая, украшенная гранатами накладка на гарду меча с выступами в виде орлиных голов. Образ орла – римский или германский – в степь к гуннам почти не проникал, хотя в других регионах Европы он был популярен. Возможно, гунн – владелец сарматского меча – заказал мастеру модную «орлиноголовую» вещицу, подобную той, что он где-то увидел 676 .

Конская узда у гуннов была довольно проста. Удила были лаконичной формы с кольчатыми (в виде колец) псалиями-ограничителями; изредка встречаются и псалии в виде поперечных стержней. Детали сбруйных ремней украшались разнообразными накладками в стиле клуазоне – бронзовая основа накладки обтягивалась золотой или электровой фольгой и украшалась гранатовыми вставками в напаянных гнездах.

Такие кольчатые удила, длинные пластинчатые зажимы уздечных ремней, накладки в форме ромба и секировидные – были распространены в степях Восточной Европы и раньше. Вероятно, гунны переняли все это у сарматов 677 .

Гунны украшали конскую сбрую оригинальными накладки с изображением мужских лиц. Лица эти – скорее монголоидные, хотя иногда на них отмечена достаточно густая борода, монголоидным мужчинам несвойственная. Обычно в одном погребении бывает не больше одной такой накладки, но в уже упоминавшемся нами погребении в Саратовском Заволжье найдено целых 25 парных личин 678 . Видимо, они располагались лентой на сбруйном ремне и представляли собой живописное зрелище 679 . Такие личины находят иногда и за пределами гуннской степи 680 , но все же это скорее гуннский элемент декора.

Важным элементом снаряжения гуннского всадника было седло жесткой конструкции – из дерева и кости, с разнообразными украшениями-накладками. Именно гунны принесли в Европу эту более совершенную конструкцию седел. Показательно, что самые ранние образцы жестких седел обнаружены в Центральной Азии, в частности, в сюннуском погребении в Ноин-Уле в Монголии 681 . Долгое время был неясен общий облик и детали седел гуннского времени. Однако в середине 1970-х годов в окрестностях Новороссийска был открыт грандиозный некрополь Дюрсо. В нем исследованы несколько захоронений боевых коней второй половины V века с хорошо сохранившимися богато украшенными седлами, что позволило создать их достоверную реконструкцию 682 .

«Чешуйчатый» орнамент тонких золотых и серебряных обкладок гуннских седел широко разошелся по Европе, Кавказу и другим регионам.

В отличие от треугольных седельных накладок гуннского времени, более поздние накладки (от второй половины V века) получили у археологов название «рыбовидные» 683 .

Очевидным образом гуннские военные успехи связаны в немалой степени с более совершенными «инструментами воина», которые они принесли в Европу: мощному дальнобойному сложносоставному луку (который у них, в отличие от сарматов, был основным оружием) и жесткому седлу, повышающему боевые возможности всадника на поле боя. Но стремян гунны, вероятно, еще не знали 684 .

Защитное вооружение не было у гуннов популярно. Античные и раннесредневековые авторы, писавшие о гуннах, лишь один раз упоминают гуннский щит 685 ; дважды – шлемы 686 и дважды – нательные доспехи. Судя по археологическим находкам, доспехи гуннов, скорее всего, были кольчугами 687 . Фрагмент кольчуги найден в разрушенном воинском гуннском захоронении в Поволжье в 20-е годы 688 .