Возможно, гуннские погребения просто не опознаны археологами среди бедных или совсем безынвентарных степных могил. А. К. Амброз, соглашаясь в основном с Л. Н. Гумилевым, полагал, что в Европу, вероятно, пришла только кучка воинов-гуннов, усвоившая на новой родине новую материальную культуру 721 . Только следующее поколение, завоевав место под солнцем, обросло хозяйством и обзавелось тем множеством вещей, которые и находят археологи.

Большинство всех известных гуннских погребений относится к периоду от рубежа IV – V веков до краха державы Аттилы. Но в южнорусских степях, куда отступило из Подунавья племенное ядро гуннов в 50-х годах, часть погребений, вероятно, относится также и к более позднему времени. Гунны продолжали обитать в Северном Причерноморье, видимо, до 70-х годов V века, пока не были вытеснены протоболгарами в Поволжье 722 . Там известна группа погребений, относимых археологами уже к постгуннскому времени.

Погребения гуннов, как мы уже писали, разбросаны на гигантском пространстве. Это прежде всего европейский степной пояс – от Среднего Подунавья до Урала. А «шлейф» самых поздних гуннских погребений тянется и в Центральную Азию – в Северный Казахстан и дальше на восток. Несмотря на такой огромный территориальный и временной (порядка двух столетий) охват, во многом они едины: по большинству черт погребального обряда и находимому в могилах инвентарю.

Яркие погребения, так же как и различные «клады» с предметами «интернациональной» воинской моды и вещами, сделанными в традициях полихромного стиля эпохи, находят и в Западной Европе: от Франции и Шотландии до Португалии и Италии – и даже в Северной Африке 723 . Но эти находки в подавляющем большинстве связаны не с гуннами, а с другими варварами, прежде всего с рядом германских племен и с аланами. Во многих случаях определить этнос погребенного затруднительно – тогдашней вещевой моде были «покорны» многие народы.

Что же собой представлял погребальный обряд собственно гуннов? Надо сказать, что гунны, видимо, вплоть до краха державы Аттилы не очень любили насыпать курганы над могилами. Гуннских курганов нет ни в Паннонии, ни вообще в Западной и Центральной Европе 724 ; в севернопричерноморских степях они также скорее редкость. Редки и «впускные» гуннские погребения (так археологи называют погребения, при которых кочевники использовали уже имеющийся, более ранний курган). Главным образом гунны хоронили усопших в грунтовой яме, без насыпки кургана. Скитаясь по миру, они никогда не могли быть уверены, что их курганы не окажутся на чужой территории и не будут разграблены, и поэтому очень часто выкапывали могилы в неприметных местах. Кстати, сюнну тоже не слишком увлекались возведением курганов. Знаменитый китайский историк рубежа II – I веков до н. э. Сыма Цянь писал, что сюнну «не насыпают могильных холмов, не обсаживают могилы деревьями» 725 . Напомним, что и могила Аттилы была устроена тайно, а все, кто мог знать о месте ее нахождения, – убиты. Это, кстати, может быть еще одним доказательством родства гуннов с древними тюрками и монголами. Ведь до сегодняшнего дня не найдено ни одной могилы древнетюркских или монгольских правителей – сохранились лишь их поминальные храмы 726 .

Именно поэтому гуннские погребения находят почти всегда случайно: то тракторист или комбайнер при сельхозработах вывернет из пахоты меч, то местные ребятишки на склоне оврага, в обрыве реки или ручья заметят блеск золота из размываемой могилы, то при прокладке траншеи строители наткнутся на погребение… Так, жители Силадьшомийо (в Трансильвании) в конце XIX века нашли богатейшую сокровищницу гуннского или германского вождя, копая картошку на огороде.

Лишь утратив свою великую державу и откочевав во второй половине V века в степи Заволжья, гунны немного расслабились и перестали беспокоиться о сохранности своих могил. Именно в этом регионе, кажется, больше всего гуннских курганов, хотя и грунтовые могилы, очевидно, имели место.

Но и курганные и бескурганные гуннские могилы, как мужские так и женские, – примерно одинаковы. Обычно это простая прямоугольная яма с прямыми стенками, иногда с подбоем – нишей, куда укладывали покойника. Гунны погребали своих умерших, как правило, на спине, в вытянутом положении, головой на север. В могилах довольно часто находят следы напутственной пищи – кости и черепа лошади, овцы или других животных, а также остатки шкур. Находят и простые лепные горшки, видимо с питьем. Сосуды обычно ставили у головы погребенного. В ногах или рядом с телом могли сложить детали конской упряжи.

Встречаются и погребения в деревянных гробах, как женские, так и мужские. Несколько явно гуннских погребений открыто на некрополях позднеантичных городов – в склепах и катакомбах более раннего времени, вторично использованных гуннами 727 .

Западные, паннонские, находки в целом богаче степных, восточноевропейских. В Паннонии, в частности, найдены золотые обкладки сложносоставного лука. Больше там находят и мечей, ножны которых имеют обкладки из золотой фольги, а рукояти украшены дорогой перегородчатой инкрустацией. Самый большой клад золотых монет (около полутора тысяч штук) – след денежных выплат гуннам – также обнаружен на Западе 728 .

Очень редко, но находят гуннские погребения в пещерах. Одно из них открыто в Нижнем Поднепровье 729 , еще одно в Южном Приуралье 730 . В последнем был найден хорошо сохранившийся гуннский ритуальный котел, а само погребение, вероятно, относится ко времени отката гуннов на Восток.

В мужских могилах почти все вещи связаны с извечными мужскими «увлечениями» – войной и верховой ездой. Здесь находят длинные, внушительного вида мечи, костяные накладки на сложносоставной лук, характерные ромбовидные железные наконечники стрел, очень редко – копья, кинжалы, фрагменты кольчуг. Также в мужских погребениях встречаются металлические детали наборных поясов и оружейных портупей – пряжки, наконечники ремней, накладки – из разных металлов и разной сложности исполнения в зависимости от богатства погребенного.

Из конской амуниции находят железные удила, бронзовые и железные части ремней (пряжки, соединения и пр.), различные украшения сбруи. Важной находкой и маркером именно гуннского стиля являются украшавшие седло тонкие золотые или серебряные накладки – обычно треугольной формы, с известным всем гунноведам «чешуйчатым» или реже – «вафельным» орнаментом.

Фурнитура ремней и конской упряжи сделана в узнаваемых традициях той эпохи – в самобытном полихромном стиле, расцветшем в степях именно с приходом гуннов: бронзовая или иная основа предмета обтягивалась тонкой золотой или серебряной фольгой и украшалась вставками из драгоценных камней – обычно разновидностей граната.