«твист».

«Твист» колюшки — приказ нереститься. Он как бы

передает самке следующее извещение: «Я и гнездо готовы

принять икринки!»

В том, что это так, легко убедиться на простом опыте:

удалите самца, как только самка заберется в гнездо. Она

долго будет ждать сигнала, что можно начинать нерест, и

не отложит ни одной икринки, пока не получит его.

Устройте ей «твист» прозрачной стеклянной палочкой,

подражая дрожащему танцу самца, и самка сейчас же

начнет нерест.

Так же ведут себя и самки американского лосося.

Индейцы уверяют, что холостую лососиху можно заставить

нереститься, если опустить в реку весло и быстро-быстро

потрясти его.

Итак, мы установили, что в «хореографическом»

лексиконе колюшки есть по крайней мере пять сигнальных

танцев и движений:

1. Боевой танец вниз головой, который означает:

«Уйди, это мой участок!»

2. Зигзагообразный танец: «Приди и будь матерью

моих детей!»

3. Наклон туловища вниз: «Я согласна».

4. Распростертая поза у входа в гнездо: «Вот дверь

моего дома».

5. Твист: «Отложи скорее икру, я о ней позабочусь».

Конечно, колюшки не вкладывают в свои танцы

никакого смыслового значения. Танцы служат для них лишь

специфическими раздражителями в цепи безусловных

рефлексов, побуждающих рыбок вести себя тем или иным

образом.

Отложив икру, самка догоняет стайку. Самец ее немного

провожает — каков кавалер!— и спешит к гнезду.

Он вновь преображается: теперь это не бойкий танцор,

а беспокойный отец семейства. Забот у него масса. Нужно

и гнездо подремонтировать — неуклюжая самка его

изрядно повредила,— и икринки получше спрятать под крышу.

Но главная забота — вентиляция гнезда.

Чтобы икринки лучше развивались, необходим приток

свежей воды. Самец подолгу стоит у двери своего дома и

машет и машет грудными плавниками. Вентилирует

помещение.

Вода течет через гнездо, смывает с икринок мусор

и приносит им свежий кислород.

В первые дни каждые полчаса самец по три минуты

проводит у входа в гнездо и гонит через него воду. Но

икринки развиваются, все больше требуется им для дыхания

кислорода, и к концу недели преданная своим родительским

обязанностям рыбка три четверти суток дежурит у гнезда,

прокачивая через него воду.

Но вот на восьмой день из икринок появляются мальки.

У самца теперь новые заботы. Детишки еще слабенькие и

неопытные. Он охраняет их и следит, чтобы они далеко не

уплывали. Мальки тесной стайкой следуют всюду за отцом,

как цыплята за наседкой.

А если какой-нибудь «озорной» малек попытается

удрать, отец бросается в погоню, хватает ртом беглеца и

водворяет на место, в стайку.

Но каждый малек один раз все-таки совершает

удачный побег. Пулей летит он вверх, к поверхности воды,

глотает пузырек воздуха и спешит назад. Отец обычно

успевает схватить его только на обратном пути.

Малек глотает воздух, чтобы наполнить им через

кишечник плавательный пузырь. Без этой капельки газа

гот не может функционировать. Ведь и легкие человека

не станут работать, если новорожденный младенец не

наполнит их с первым криком необходимой порцией

воздуха.

Две недели колюшка-самец пасет своих мальков. Они

подрастают и все дальше и дальше уплывают от гнезда. Са-

мец уже не бросается за ними в погоню. Постепенно он

теряет всякий интерес к своим детям — теряет и блестящую

окраску — и присоединяется к компании взрослых

колюшек.

А мальки начинают самостоятельную жизнь.

Идеальные отцы

Бесспорно, в состязании с цихлидами папаша-колюшка

одержал бы верх. Но прежде чем присудить ему первый

приз за отцовство, оценим шансы других претендентов.

Вот морской конек. Хвостик свернул бубликом, голову

высоко поднял, помахивает плавником-веером и плывет