Долго так продолжаться не могло.

А началось все вполне невинно. Марат позвонил мне по мобильному, когда я в универе была, сказал, что приедет ко мне. Я, конечно, не стала изображать бурной радости, но удовлетворения не скрывала.

– Сашок, слышь, поедешь с нами сегодня на тусу?
– слегка развязно, но с долей уважения спросил мой однокурсник Михей.

– Нет, не могу, ребят. У меня дела. Ладно, я пойду. Увидимся в понедельник.

Мой отказ уже никого не задел, все давно привыкли и воспринимали это как должное. Я же упорхнула домой, суетиться начала, заниматься всем и ничем сразу. Ждала Марата, в общем. Семь, восемь, девять, десятый час пошел...Это уже не смешно было. Я нервно нарезала круги по комнате, иногда останавливаясь и начиная выбивать ногой какой-то ритм. А потом снова по кругу.

Позвонила Марату. Два вызова просто не приняли, на третий все-таки дозвонилась.

– Да, - прокричал Марат, и его голос на фоне других голосов и легкой спокойной музыки звучал не очень отчетливо.
– Я слушаю.

– Привет.

Интонация немного изменилась.

– Привет.

Он не разозлился, просто я была сейчас...не к месту.

– Ты занят, да?

– Да, Саш. Важные дела. Сама знаешь, работа.

Даже фразу другую не мог придумать. То же самое говорит, что и Ксюше. Совсем меня за дуру, что ли, держит?

– Ну ладно тогда. Приятного вечера.

Он с облегчением выдохнул.

– Спасибо. Спокойной ночи.

И сразу трубку бросил.

Я не стала устраивать истерики, выяснять отношения по телефону, хотя на уровне интуиции чувствовала, что он брешет, и никакая это не работа. И Ксюши рядом с ним нет. Отдыхать, собака блудливая, поехал. Расслабляться и новые ощущения искать.

Чтобы проверить свою теорию, набрала домашний Марата. Через непродолжительную паузу раздался звонкий и мелодичный голос Оксаны. Я сразу с ней засюсюкала, насколько умела, пять минут послушала совершенно пустой треп о ее делах и между прочим так спросила:

– А Марат дома?

– Нет, - чуть грустнее ответила Ксюша.
– Его нет. Уехал на важную встречу.

– Ммм...а ты почему не с ним?

– Я приболела. Так, ерунда. Просто голос сел и температура маленькая. Мороженого переела.

Я ей должным образом посочувствовала, пожелала скорейшего выздоровления и вскользь поинтересовалась о встрече. Ксюша знала только, что Марат сейчас в ресторане "Прага" с деловыми партнерами. Чутье, как всегда, меня не подвело.

Через сорок минут я стояла у шикарнейшего ресторана, краем глаза разглядывала дорогие машины, припарковавшиеся у входа, и подняла глаза к вывеске. Ну что сказать...Растет Марат, растут его запросы.

Меня не пустили. Пусть я и была дорого одета, выглядела дорого, но "в залах проходит важный банкет".

– Разрешите пройти, - как можно вежливее сказала я, пытаясь пройти внутрь.

– Сожалеем, - невозмутимо отвечал швейцар.
– Но вашего имени в списке нет.

– Меня молодой человек ждет. Марат Залмаев.

Мужчина сверился со списком.

– Сожалеем, но этот гость уже приехал в сопровождении дамы, которая внесена в список гостей.

Ах вот как. С дамой, значит. Во мне всколыхнулась такая ярость и обида, что потемнело в глазах. Пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, переступить с ноги на ногу, чтобы хотя бы прилично отойти. Спасло только чувство собственного достоинства - я не могла позволить кому-то увидеть себя в неподобающем виде и в неподобающем поведении. А руки от злости все равно дрожали.

И за углом ресторана я наткнулась на какого-то мужчину, выходившего из машины. Покачнулась, но тот меня заботливо поддержал за плечи.

– Вы хоть смотрите куда идете, девушка, - и тут же с удивлением меня приподняли.
– Александра?

Пришлось оторвать взгляд от собственных босоножек и поглядеть на удивленного и с каждой минутой все более довольного Вячеслава. С нашей последней встречи он еще немного поправился, погрузнел, а шею обвивала цепочка, раза в два толще предыдущей. Тоже растет, как и Залмаев.

– Ты меня помнишь? Москва слезам не верит.

– Конечно, Вячеслав. Вы любите поговорить и чертовски хорошо танцуете.

Он раскатисто рассмеялся, чуть отстранив меня, но по-прежнему бережно поддерживая за локоток.

– Такой характеристики мне никогда не давали.

– Буду считать себя исключением.

– А ты похорошела с нашей последней встречи, - оценивающе изогнул бровь Слава, разглядывая меня как произведение искусства. Как будто раздумывал, покупать или не покупать.
– Я бы сказал, расцвела.

– Ну, знаете ли, в моем возрасте это нормальное явление. Я расстроилась, если бы было наоборот.

– Ты снова пьяна и немногословна?

Отвернувшись в сторону, я невесело усмехнулась.

– Скорее, немногословна и трезва. Что куда хуже. Скажи, Слава...Можно к тебе так обращаться?

Мужчина сделал знак двум охранникам, и те встали у нас за спиной. Мы же неторопливо направились в сторону ресторана.

– Нужно. Я еще не старый.

– Слава, а ты приехал сюда по делу? В том смысле, что...Мне надо попасть в ресторан, а там все собираются по приглашениям, и меня не пускают.