– Спасибо, Ром. Мне очень давно не дарили цветы, - подарила ему робкую дрожащую улыбку и вложила свою ледяную ладонь в его.

– Это преступление, - отозвался Рома и окинул меня восхищенным взглядом с головы до ног.
– Красивым девушкам нужно дарить цветы.

– Спасибо.

У нас были потрясающие свидания в плане комфорта и сервиса. Рома, не являясь сторонником кишащих роскошеством мест, выбирал маленькие уютные и интимные ресторанчики, в которых остро чувствуешь друг друга, а благодаря легкому полумраку разговоры приобретают чувственную подоплеку. С подоплекой у нас не получалось, но интимность и кое-какое раскрепощение нам давались. Мужчина откладывал в сторону тему своей работы и развлекал меня.

Он умел развлекать. И смеяться. Что у Ромки даже с возрастом не поменялось - это смех. Густой, уверенный и всегда искренний. Поразительно заразительный, так что я почти всегда ему вторила и смеялась вместе с ним. Он рассказывал забавные истории из студенческой жизни и просто анекдоты. Он делился своими наблюдениями о других странах, по которым ездил лет с пятнадцати. Побывав практически по всей Европе, Роман был потрясным гидом, слушать которого - одно удовольствие. И польза. Безусловная польза, потому что его страсть к путешествиям передалась и мне. За его деньги, разумеется.

– Где бы ты хотел побывать еще?
– я была само внимание.
– Ну, не считая тех стран, в которые уже съездил.

– Уже съездил?
– задумчиво повторил Роман и одним глотком допил вино.
– Ты меня озадачила. Дай подумать...Наверное, в Индии.

– В Индии?
– чуть не уронила челюсть на стол.

– Удивлена?

– Ну да. Как-то круг твоих путешествий не указывает на Восток.

– Справедливо. Нет, на самом деле, Аль. У них потрясающая культура.

– У всех потрясающая культура.

– Опять же, ты права, но это нечто другое. Греческие мифы, египетские, немецкий фольклор...это все ясно, понимаешь? Я их с детства знаю, и ты тоже, - я не стала его прерывать, лишь скромно кашлянула себе под нос и сделала мысленную пометку насчет египетских мифов. Если античную литературу и мифологию преподавали в университете, то со всем остальным была проблема. В детства мне такого учить не приходилось.
– А та культура...Она непонятная и завораживающая.

– Чем?

– Мироощущением и логикой.

– Прости, я не понимаю.

Рома снисходительно улыбнулся, отставил бокал в сторону и отодвинул тарелку, настроившись на долгий разговор.

– Например, в индийской мифологии есть богиня Кали.

– Калий?

– Кали, - я прикусила язык и выругалась про себя.
– Кали.

– Окей, и что она делает?

– Она богиня разрушения, смерти и жизни.

– Жизни?

– Жизни.

– Это как?

– Очень просто, Аль. В их понимании разрушение и жизнь вещи не взаимоисключающие.

– То есть у этих индусов разрушение - это жизнь?

– Кали - благое разрушение.

– Как может разрушение быть благим? Разрушение убивает то, что было сделано. Это не жизнь.

– Разрушение Кали - благое, потому что оно начало новой жизни. Она без жалости и сожаления рушит старое, позволяя родиться новому. Я тоже, когда услышал об этом, долго недоумевал. Но если вдуматься, как все-таки сложно полностью разрушить что-то. В один момент взять - и разрушить. Под ноль. Все равно останется что-то такое, что будет тянуть.

Оставшуюся часть вечера он восхищался этой мыслью - абсолютное разрушение, которое создает что-то новое. Он был очарован самой идеей жизни с чистого листа. Только вот я была почти уверена, что, может быть, и радуясь жизни с чистого листа, он не хотел бы испытать болезненное чувство хаоса и разрухи, которое эту новую жизнь сопровождает. Но про Индию я на всякий случай запомнила, решив в дальнейшем сделать Роману приятное.

Все наши свидания были такими. Комплименты, умные разговоры, прогулки по ночной Москве за руку...Первый поцелуй случился аж на третьем свидании. Нежный, осторожный и весь такой трепетный, словно Рома боялся меня спугнуть. Мужчина меня мягко обнимал, держа руки строго на талии, и аккуратно, без нажима прижимал к себе. Это был приятный поцелуй, но я радовалась совсем не ему, а тому, что дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки.

Размеренность Герлингера никуда не делась. Осенью того же года, когда мы с ним платонически встречались около двух месяцев, довольствуясь лишь поцелуями и приличествующими в обществе объятиями, Алиса пригласила нас на шашлыки на ту же самую дачу. С ночевкой на три дня. Три дня, в течение которых мы с Ромой должны были жить в одном доме. Я почти прыгала от счастья, но не забывала готовиться.

– Думаешь, у тебя выгорит?
– снова влезла бабка со своими комментариями.
– Более вероятно, что он все эти три дня будет тебя "грузить" очередными заумностями.