— А что будет, если вампир нарушит правила?

— Казнь для обращенных и длительное заключение в каменном гробу для чистокровных. В каждой стране и в каждом городе есть блюстители от Касты, они строго следят за вампирами. Правда, здесь этих ошметков нет. Трансильвания моя, здесь за всем слежу только я. Того хотела Дария.

— Удивительно, какой мир сокрыт от людей.

— Людям необязательно о нас знать. Вампир должен всегда оставаться в тени, паника ни к чему. Да и как можно смириться, зная, что с тобой поблизости живет кровожадное создание? Я бы не смирился, — и он засмеялся.

И пока они вели тихие беседы, из темноты вылетела летучая мышь. Это был Макс. Он на лету обратился, приземлившись у самой могилы. Виконт смотрел на отца и не мог поверить в то, что граф решился прийти на кладбище.

— Ты здесь? — запыхавшимся голосом, спросил Макс.

— Как видишь, сын. Благодари вот это прелестное создание, — граф указал на Агнешку, отчего та смутилась. — Если бы не она.

— Но я уже несколько сотен лет прошу тебя, почему сейчас?

— А ты не так просил, — подмигнув, ответил Дракула.

— Ладно, господа! — произнесла полька. — Я лучше пойду.

Она устремилась прочь, оставив отца, сына и мать. Двое вампиров всю ночь простояли у могилы, каждый из них вспоминал о чем-то своем, хотя у графа было куда больше воспоминаний о славных временах. Только его душа помнила те полеты под луной, те путешествия в заснеженные горы и те минуты родительского счастья, когда они сидели у камина, а Максимилиан возился с игрушками подле них. К сожалению, Максу досталась лишь скорбь, она пустила корни, коими обвила сердце виконта, лишенного материнской ласки. Граф никогда не рассказывал ему о том, кто виноват в смерти Дарии, а иначе юный Дракула мог наделать немало глупостей, однако графиню это все равно бы не вернуло. Так пусть лучше тайна останется тайной.

Глава 12

Утешение

Когда в жизни случается беда, то каждый ждет утешения. Человеку необходима поддержка. Но что бывает, когда утешение рождает другие чувства, казалось бы, запретные и невозможные? Искренни ли эти чувства или подобное лишь видоизмененное, но все то же утешение?

В шесть утра раздался звонок сотового. Агнешка, не открывая глаз, залезла рукой под подушку и нащупала телефон:

— Алло!

— Агнешка Новак?

— Да, это я.

— Вас беспокоят из больницы Колтеа. Ваша тетя — Агата Новак сейчас в реанимации.

— Что? — Агнешка в мгновение проснулась. — Что случилось?

— Был приступ. Приезжайте. Лечащий доктор все расскажет при личной встрече.

— Конечно. Я уже еду.

«Господи! Только бы все обошлось! Агата, моя милая Агата. Я же только вчера с тобой разговаривала», — восклицала полька. Она бегала по комнате, пытаясь найти джинсы и кофту. Собравшись, немедленно побежала вниз, где столкнулась со Стеву. Она буквально пролетела сквозь него, после чего призрак материализовался:

— Ты куда так торопишься? На часах и семи нет.

— Стев, у меня тетю в больницу забрали, — только сейчас Агнешка все осознала и глаза тут же наполнились слезами.

— Что-то серьезное?

— Да. Она в реанимации.

— Тогда надо добраться до больницы как можно скорее. Ты как ехать-то собралась?

— На такси.

— Ну, нет. Давай-ка я сам тебя отвезу.

— А ты точно справишься с машиной?

— Не переживай, за несколько сотен лет научился держать себя в руках, — и Стеву как-то неоднозначно подмигнул.

Конечно, если бы сейчас был вечер, то Макс не остался бы в стороне, но на дворе утро. Поэтому Стеву решил подменить своего друга на время, воспользовавшись его машиной.

Агнешка всю дорогу молчала, мысленно она была сейчас далеко. Слишком далеко. Так что Стев не докучал излишними вопросами, лишь иногда пытался разрядить обстановку, но когда встречал отрешенный взгляд полный слез, сразу же замолкал.

Через два часа они уже были в больнице. Полька отправилась на поиски доктора, а призрак уселся на скамью в холле и принялся рассматривать посетителей. Он любил наблюдать за живыми, в них было столько безрассудства и агонии, которая мешалась с меланхолией. Стеву в такие моменты благодарил святых отцов за то, что он другой и не принадлежит к этой толпе, испускающей ненужную энергетику. Вскоре его взгляд остановился на Агнешке, она наконец-то нашла доктора, и сейчас они стояли у входа в кабинет. Призрак невольно начал разглядывать ее, изучать и понял, что эта девушка не такая как все те люди, она вызывает в нем какие-то странные чувства, вроде бы и не симпатию, вроде бы и не равнодушие, но что-то среднее, еле ощутимое. Рядом с ней Стеву ощущал какое-то внутреннее умиротворение. И если рядом с Кристиной испытывал лишь боль и тоску от неразделенной любви, а с Максом всегда надо было быть шутом, параллельно вытаскивая вампира из передряг, то с Агнешкой он мог оставаться собой.

Полька почувствовала взгляд призрака и повернулась в его сторону. Ее же взгляд был сейчас очень напряженным. Договорив с доктором, Агнешка зашагала в сторону Стеву. Призрак немедленно поднялся со своего места:

— Ну? Что сказал?

— Агата в реанимации, состояние тяжелое. Инсульт, — и девушка зашлась слезами. — Я в это даже поверить не могу. Она никогда не жаловалась на здоровье, в нашем роду все были крепкими. А тут…

— Все случается впервые, — Стев приобнял ее. — Не плачь.