Шрифт:
– Немедленно иду за ними, – доктор Батлер встала и направилась к двери, но Эмори ее остановила.
– Элис!
Та повернулась и посмотрела на нее.
– Спасибо тебе.
Элис покачала головой:
– Не за что.
– Я благодарю тебя за умение молчать и за то, что ты моя подруга.
Глава 24
Ребекка Уотсон, не обращая внимания на проливной дождь, подошла к арендованной машине Джека со стороны водителя и постучала в окно.
Чтобы его опустить, надо было завести двигатель, на это ушло пять-шесть секунд. Но эта задержка как будто еще больше рассердила женщину. Стекло поехало вниз. В салон полетели капли дождя. Ребекка почти прошипела:
– Специальный агент Коннел.
– Я не знал, вспомните ли вы меня.
Ее свирепый взгляд отмел это утверждение как смехотворное.
– Если бы вы приехали, чтобы сообщить мне, что мой брат мертв, вы могли действовать напрямую и позвонить в парадную дверь. Вы бы не стали просиживать здесь полночи, а потом шпионить за мной целый день. Так что вас сюда привело?
Она заметила слежку, и этот факт подсказал Джеку, что Ребекка сохраняет бдительность. Она внимательно смотрит, не следит ли кто за ней. Он спросил:
– Мы можем поговорить?
– Да пошли вы…
– Хорошо. Вы готовы сотрудничать.
Она могла бы убить его своим взглядом.
– Я проделал такой долгий путь. Прошу вас.
Это ее не тронуло.
Джек бросил взгляд в направлении дома.
– Он живет с вами?
– Вы что, ума лишились?
– Он в этой части страны? Живет по соседству? В соседнем квартале?
Ребекка не произнесла ни слова.
– Если вашего брата нет поблизости, то чем вы рискуете, если поговорите со мной?
Она не сказала «да», но не сказала и «нет», не послала его еще раз. Поэтому когда женщина развернулась и пошла прочь, Джек заглушил мотор, вышел из машины и пошел следом за ней к дому.
Она не предложила ему укрыться под ее зонтом, поэтому Джек прикрыл голову курткой. Когда они подошли к крыльцу, он постарался стряхнуть с куртки воду, насколько это было возможно. Ребекка вошла в дом первой, но только после того, как вынула почту из ящика.
– Здесь ничего такого, чтобы могло вас взволновать, но убедитесь сами, – она сунула ему в руку стопку корреспонденции. Он прижал ее к своей мокрой куртке. Не посмотрев ни одно письмо, он аккуратно сложил все на столике в прихожей.
Ребекка скрестила руки на груди.
– Итак, вы здесь. Зачем вы проделали весь этот путь?
– Можно мне воспользоваться ванной?
Она с минуту смотрела на него, как будто пыталась понять, шутит он или нет. Решив, что агент не шутит, она ответила:
– Конечно.
Жестом она пригласила его следовать за ней по центральному коридору до крошечной туалетной комнатки, устроенной под лестницей.
Пройдя вперед, Ребекка подняла крышку бачка.
– Видите? Ничего кроме вот этого, как его там…
– Поплавкового устройства.
Она опустила крышку на место, звякнув фаянсом, и указала на зеркало в раме над раковиной.
– Аптечки нет, проверять вам нечего. Вы можете разобрать слив под раковиной, но если вы это сделаете, то вам придется все собрать обратно или оплатить мне услуги сантехника.
– Я вас понял, Ребекка.
– И не забудьте вымыть руки.
Выходя, она с грохотом захлопнула дверь.
Джек Коннел не только вымыл руки и вытер их полотенцем, но и промокнул им мокрые от дождя лицо и шею. Он поправил галстук и расчесал пальцами влажные волосы.
Несколько минут спустя, облегчив мочевой пузырь и придав себе презентабельный вид, он вошел в гостиную. Ребекка включила настольные лампы и сидела в уголке дивана, подобрав под себя ноги. Черные лодочки на высоких каблуках, которые она скинула, валялись под кофейным столиком. Женщина невежливо ткнула пальцем в кресло, которое выглядело менее уютным и комфортным, чем диван.
Они посмотрели друг на друга. Джек заговорил первым:
– Мне нравится ваша новая прическа.
– Пинк ее скопировала.
– Она знает, что делает.
– Хватит комплиментов. Как вы меня нашли?
– Благодаря вашей подруге Элинор.
– О! – это застало ее врасплох. Выражение ее лица стало грустным. – Как она?
– Хорошо. Ждет первенца через несколько месяцев.
– Значит, она все-таки вышла замуж за Тима?
– Его фамилия Гэскин?
Ребекка кивнула, а когда он подтвердил, что именно эту фамилию Элинор носит в браке, она сказала: