октября доносил я рапортом, что послал повеление на требакуле

в Ливорну командиру корабля «Азия», но оное не застало сего

корабля, который уже отправился в Неаполь.

Я с кораблями из порта Специи завтрашний день

отправлюсь в крейсерство к Генуе по обстоятельствам, какие изволите

усмотреть из приложенной при сем на италианском языке копии

с сообщения моего, посланного к генералу Кленау, который вчера

отправился из Сарзаны в Сестрию. Он будет действовать своим

корпусом против неприятеля в прилегающих местах около Генуи,

мне остается желать ему благоприятных успехов.

Действие австрийских войск под командою генерала Меласа

около Ион теперь производится с желаемым успехом, как

увидите из приложенной при сем реляции, которую я вчерась

получил.

Ожидаю прибытия из Ливорны требакула и постараюсь, не

удастся ли мне высадить сколько-нибудь солдат к сухопутному

действию с войсками австрийскими, но доложу вам, что место

крайне открыто. Донося о сем, имею честь быть с истинным

моим высокопочтением и преданностью, милостивый государь,

вашего высокопревосходительства покорный слуга

Павел Пустошкин

Первая экспедиция, отправленная в мае месяце под командою

контрадмирала Павла Васильевича Пустошкина, состоящая из 2-х 74-пушечных

кораблей, одного брика российских и 1-го корабля и двух фрегатов

турецких. Ескадра пришла к Анконе в начале июня и тотчас атаковала мулу2

и гавань и, нанесши неприятелю страх и повреждения, отошла на пушечный

вь^стрел, остановилась на якоре.

Через два дни увидели идущее судно' под берегом от стороны Сени-

галлии. Адмирал прислал ко мне вооруженных два барказа, приказав мне

прикрывать оные и взять идущее судно. Я тотчас снялся с якоря, и в то

же время из гавани вышли 10 канонерских лодок. Я тотчас отправил бар-

казы абордировать видимое судно, а с бриком вступил с неприятелем в бой

и, прогнав его в гавань, держался под парусами по тех пор, покуда бар-

казы привели взятое судно — требак и названный нами «Св. Константин»,

оный принадлежал французам и тотчас вооружен двумя пушками и

употреблен на службу.

А на другой день, получа известие, что в Пезаро вступили 40 человек

австрийских гусар и народ противу французов вооружился» эскадра, оставя

1 корабль в блокаде, тотчас снялась с якоря и отправилась в Пезаро.

Подходя к Фано, увидели по дороге от Сенигаллии несколько

неприятельской артиллерии, прикрываемой пехотою. Мне сигналом приказано было

атаковать неприятеля. Подойдя ближе к берегу, достаточно было обратить

их в бегство* несколькими картечными выстрелами. А к вечеру эскадра

остановилась на якоре вблизи Пезаро, и на другой день свезли на берег

наши и турецкие войска до 600 чел.; 40 человек венгерских гусар и до

5000 вооруженных жителей, командуемых прелатом, присоединились к

нашим войскам; всеми оными командовал морских баталионов майор Гамен.

С рассветом другого дня все войска выступили по Анконской дороге

к Фано. Тут неприятель недолго защищался и отступил к Сенигаллии.

Я с бриком прикрывал сухопутные войска и облегчал поход оных.

Сделавши суточный роздых, рано выступили к Сенигаллии. Неприятель

защищал оную, наши передовые войска под командою капитана Чебышева

атаковали и взошли на стену, тут капитан Чебышев ранен, а я бомбардировал

город. Неприяггель отступил к Анконе, я провожал его ядрами и картечью

и в такое привел замешательство, что несколько австрийских гусар гнали

неприятеля на большое пространство.

Сии успехи наши остановлены были незапным происшествием. Адмирал

Нельсон уведомлял адмирала Ушакова, что французский и гишпанский

флоты из Кадикса прошли в Средиземное море, и просил Ушакова со всем

флотом соединиться для поражения неприятеля, почему адмирал Ушаков

и предписал контр-адмиралу Пустошкину со всеми силами немедленно

возвратиться к Корфу, почему в ту же ночь войска перевезены на корабли,

которые благополучно и прибыли в Корфу, а в начале июля от Нельсона