увлекли их пленными. Ничто не может сравниться с таковыми

противузаконными поступками,, и явным образом по видимостям

и гласу народному почитать можно производимыми не только

противными повелениями Блистательной Порты Оттоманской, но

и нарушающими верность к его султанскому величеству, в защи-

щение которых я долг имею употреблять наивозможное старание

с моей стороны. Потому и послал я письма мои к Али-паше

Янинскому и к Мустафе-паше Дельвинскому, с которых точные

копии к вашему превосходительству препровождаю, и прошу, яко

полномочного министра двора его императорского величества

всемилостивейшего государя моего императора, иметь сношение

с Блистательной Портою Оттоманскою и исходатайствовать

высочайший указ его султанского величества о запрещении

означенным пашам таковые кровопролитные действия противу

христианских народов, безвинно и без наималейшего резона

страдавших, удержать2. Нынешние обстоятельства Европы требуют об-

щего дружественного согласия действовать соединенно противу

общих неприятелей — французов, а не противу тех, которые

состоят под покровительством его султанского величества, бывшие

по сие время спокойными, которые помогали еще всегда противу

общего неприятеля своими силами, когда только от них было

требовано. Часть сих народов с наивеличайшей усердной ревно-

стию верно служили на ескадрах соединенных при взятьи Корфу

и отпущены с заслуживаемою ими похвалою, об чем

командовавшему тогда ескадрой Блистательной Порты Оттоманской

капитан-бею Кадыр-бею известно. Также известны ему и прочим

бывшим начальникам на турецкой ескадре и тогдашние разные

интриги и покушения Али-паши Янинского. Общими нашими

предосторожностями они были отвращены и удержаны без

действия, о чем вашему превосходительству для уведомления

Блистательной Порты Оттоманской всегда извещаемо было. Весьма

нужно как наискорее ныне [прекратить] начавшееся означенное

жестокое и великое кровопролитие. О чем повторяю мою

просьбу, как наивозможно поспешить, и, что в резолюцию

последует, не оставить меня скорейшим уведомлением. В каковой

надежде с истинным моим наивсегдашним почтением и совершенной

преданностию имею честь быть... 1

Федор Ушаков

Ваше высокографское сиятельство, милостивый государь

Григорий Григорьевич!

Али-паша Янинский с давнего времени готовился противу

христианских народов, в Химаре, в Шулии и по всему

албанскому берегу обитающих, многократные делал на них нападения.

Я обо всех таковых происшествиях относился в сведение

полномочному его императорского величества министру и кавалеру То-

маре; ныне же оный Али-паша восстал противу оных народов

всеми своими силами, соединился с Мустафой-пашою, нападают

на них и истребляют до крайности, принудили их обороняться

и происходит великое между ими кровопролитие. Сии христиан-

ские народы Химары и Шулии не были никогда порабощены

турками, всегда защищают свою вольность, но платят дань Али-

паше. В прошедшие войны всегда оные соединялись с

российскими войсками и помогали всеми возможностями России. За

таковую их помощь России турки на них злобствуют, и потому

только ныне Али-паша предпринял их истребить или поработить

до всякой крайности. Как замечаю я, намерения Али-паши не

есть только против Шулии и Химары, но желает он, как заметно

изо всех последствиев, овладеть всем берегом албанским, то есть

селениями, прежде бывшими венецианскими,— Превезой, Паргой,

Воницей и Бутринтом; настоит и предвидится опасность, что от-

важется он после и противу островов Венецианских. Я не могу

об этом донесть утвердительно, но по всем замечательностям и

Гласу народному намерение его можно предугадывать. Я не

предпринимал никогда сам собою ничего, старался только

политическим образом пашей удерживать в повиновении его султанскому