совсем нет, я просил там находящегося кабиджи-пашу и сераскира, чтобы

дали им хотя из худых сухарей несколько выбрать и сколько-нибудь оными

снабдить, но господин генеральный консул Бенаки уведомил меня, что и

в том совсем отказано. Прошу покорнейше ваше превосходительство

исходатайствовать повеление от Порты, чтобы те три фрегата в самой скорости

снабдить провиантом, а ежели, паче чаяния, чего я не ожидаю, буде бы

там они запоздали, должно их там довольствовать, инако служители все

умрут с голоду, прошу принять их в ваше покровительство и

благорасположение и не оставить их без продовольствия.

Адмирал Ушаков

Милостивый государь, Василий Степанович!

Противные ветры задерживают флот, мне вверенный, что

нельзя никаким образом пройтить проливом в Буюкдере, также

дурная погода лишает удовольствия видеться с вашим

превосходительством, 5-й день стою я со флотом против

Константинополя и, может быть, противный ветр еще продолжится;

всеподданнейших рапортов я еще не писал, потому только, что не

решился еще, взять ли войска из Корфу, которые состоят там под

командою подполковника Гастфера, нужно ли будет послать за

ними особое судно; не знаю, там ли теперь три фрегата из

Анконы и в состоянии ли они иттить? застанет ли повеление мое их

там, чтобы они забрали артиллерийскую команду Гастфера и

следовали бы в черноморские порты с поспешностью; также

надобно писать в Неаполь флота к капитану Сорокину, чтобы

забрал баталионы генерал-лейтенанта Бороздина и следовал бы

немедленно и со всевозможной поспешностью в черноморские

порты; на сии обстоятельства потребен мне благосклоннейший

вашего превосходительства совет по сведению вашему

теперешних обстоятельств. По последнему письму графа Григория

Григорьевича Кушелева, с неудовольствием писанного за промедли-

тельность в тамошнем краю, высочайшие повеления есть те, что

непременно со всеми ескадрами и войсками надлежит мне иттить

к своим портам, не оставляя ни одного судна нигде.

Следовательно, морских и сухопутных войск также нигде оставлять не

должно. Указано на прежние высочайшие повеления, ко мне

посланные, а в тех повелениях ясно изображено; из Корфу и из

Неаполя войски все взять с собою. Сумнение мое в том только,

что по случившимся важнейшим обстоятельствам находятся

теперь три фрегата и войски генерал-лейтенанта Бороздина в

Неаполе и артиллерийская команда с подполковником Гастфером

в Корфу; по всем обстоятельствам верно известно, как бы скоро

ескадру и войска взял я из Неаполя, Неаполь тотчас пропал бы

от бунтовщиков, войски наши только сей столичный город от

гибели спасают. Также и из Корфу когда войски наши будут

взяты, по мнению моему, и там тотчас начнутся величайшие

беспокойства и, уповательно, многие найдутся пожелают опять

французов; я не утверждаю сие мнение, но может случиться. По

таковым обстоятельствам и по всем тем донесениям, какие от меня

отправлены, может быть, от государя императора последует

какая другая резолюция. За всем тем не могу я осмелиться, чтобы

не послать мои повеления в Корфу и Неаполь, и почитаю должно

приказать непременно с поспешностью следовать им к своим

портам. Послал бы я отсюдова два или три судна транспортных за

ними, но сие кажется поздно, когда они туда поспеют, к

возвращению мало времени останется, а притом в обоих местах в Корфу

и Неаполе нет провиантов; когда мы возьмем ескадру и войски

из Неаполя, сумнительно, чтобы дали им провианта достаточное

число, они останутся весьма огорчены и в великих хлопотах,

потому под разными видами по меньшей мере в скорости провиант

не дадут, а продолжат время до глубокой осени (весьма бы

нужно хотя отсюдова послать в те места провианта, крайне сие

необходимо кажется, ежели только возможно). Вот, милостивый

государь мой, обстоятельства, они столь важны, что весьма