губернатор Янина!

Милостивый государь мой!

С поданного ко мне и командующему ескадрою

Блистательной Порты капитану-бею Кадыр-бею от депутатов острова Че-

фалонии, при Сенате в Корфу находящихся, сего июля от 4-го

дня прошения копию при сем препровождаю, из которого

[прошения] усмотреть соизволите справедливую жалобу островских

обывателей, терпящих неожиданное и бесподобное утеснение тем,

что суда ваши берут в плен их суда и с товарами и люди оных

судов содержатся закованные в тюрьме, а суда и товары

арестованы; с крайним сожалением и прискорбностью получил я

таковую неожиданную жалобу обывателей Ионических островов,

победоносным оружием высоких держав Империи Всероссийской

и Блистательной Порты Оттоманской от французов

освобожденных и состоящих под протекциею их величеств государей наши к

императоров, от которых уверительно обнадежены они

покровительством и защитою, почему прошу ваше превосходительство

судами вашими противно повелению и намерению его

султанского величества захваченные два судна островов Чефалонии и

Занте с товарами и людьми освободить, яко ни в чем невинных,

а исполняющих повеления вышнего начальства, также и впредь

наистрожайше запретить судам вашим для таковых дерзких

предприятиев к островам Ионическим не приближаться и

таковых дерзкостей отнюдь не производить, в противном случае

может с ними случиться неприятное последствие, яко с судами

неприятельскими, ибо дружеские суда таковых наглостей чинить

не должны и не следует. И все таковое происшествие, считаю я,

делается в противность воле его султанского величества, о чем

я и не премину отнестись к Блистательной Порте Оттоманской

через чрезвычайного посланника и полномочного российского

министра, в Константинополе пребывающего. Прошу ваше

превосходительство о сохранении обещанной вами к нам дружбы и

благоприятства, равно и к островским обывателям, под

протекцией) и покровительством государей императоров наших

состоящим.

Федор Ушаков

Из переписки австрийского генерала Бради, в Бокке-ди-Кат-

таре близ Черной Горы находящегося, к австрийскому консулу

Криссоплеври в острове Занте по нечаянному случаю получил

я письмо, в котором явственно открываются неприличные их

замыслы и деятельности островских жителей, отвращая их от

наших учреждениев, и стараются склонять в свою сторону и тем

наносят разврат и несогласности, также и против народа Черной

горы таковые же заметны генерала Бради деятельности. По

случаю прибытия ныне ко мне из Петербурга архимандрита Вуко-

тича, отправленного от меня в Черную гору к митрополиту Не-

гошу, послал я к генералу Бради от себя письмо с надлежащими

объяснениями и просьбою таковые неприличные замыслы,

несходственные дружбе, оставить, уведомил об оном также

чрезвычайного посланника и полномочного министра графа

Разумовского в Вену и в[ашему] с[иятельству] для надлежащих сведе-

ниев сим донесть честью имею. С писем моих, посланных к

министру Разумовскому1 и генералу Бради2, равно и с

перехваченного мною точные копии при сем прилагаю.

На сих днях получил я два письма из Рагузы от российского

генерального консула Джика, объясняемые замыслы и хитрости

австрийского генерала Бради в рассуждении Рагузы, с которых

копии препроводил я к министрам: в Вену — графу

Разумовскому, а в Константинополь — Томаре, и в[ашему] о[иятельству]

за известие таковые же представить честь имею. А после сего

чрез мальтийских кавалеров получил я ноту от господина Бради,

в которой противные поступки Рагузы описаны, но естли

сообразить вышеозначенное письмо о переписке с австрийским

консулом, ясно усмотреть можете, что и тут таковые же

производятся ею г замыслы неприличные.

Ваше превосходительство, милостивы? государь!