1935

Чтобы!

Чтоб воришка свои позабыл дороги,

Даже колоса в поле

Украсть не мог!

Чтоб лопата хозяина на дороге

Охраняла,

А не пес и замок!

Чтоб над вывесками, парусами,

станками

Был работник славен в труде!

Ибо каменщик —

Это не только камень,

А рыбак —

Не только сети в воде.

Чтобы от базара, от клятвы

лживой,

Мелких денег, схваченных без

труда, —

Сор да крошки остались,

И торопливо

Унесли бы птицы их навсегда!

Чтоб монеты

Не знаком наживы ржавели,

А сияли орденами труда!

Чтобы, писком начатая в колыбели.

Стоном жизнь

Не кончалась никогда!

Чтоб делить —

Только зиме и лету

На державы землю! А если нет —

Расплывемся по небу,

Разбив планету

На множество маленьких злобных

планет!

Вот зачем

Мы идем по земле, торжествуя,

Вот о чем трубит боевая медь.

…И на этой зеленой земле не могу я

Равнодушно, как нищий уличный, петь!

1935

Солдат Европы

Винтовки длинные уперлись

В землю. И тени отброшены вниз.

И неужели тень от штыков

Прекраснее тени трав и дубов?

Неужели сойдет на мостовые

Новобранец поющий —

За медной трубой

И, на крик детей обернувшись,

Впервые

Винтовку увидит за спиной?

Неужели по светлым побегам хмеля

Он шагнет (о, воронов торжество!) —

Не поговорить о посевах,

А целя

В меня,

Товарища своего…

Нет.

Если в солнечном лиственном мире

Лгут ему,

Что винтовка шире

И выше дерева, —

В жаркие дни

Пускай воткнет ее в землю сухую

И попробует укрыться в ее тени.

И увидит,

Как ласточки, с гнездами в клювах,

Мимо, мимо летят.

И увидит,

Что нет между ними границы,—

Пусть по-разному нас научила мать

Говорить. Мы не разноперые птицы,

Чтоб на разные голоса распевать!

И покуда мир не цветник — мышеловка.

Рядом воинами нам идти,

Пока последняя в мире винтовка

Не останется далеко позади.

1935

«Плыл ли морем, шел ли я базаром…»

Плыл ли морем, шел ли я базаром,

Никакой одежды, ни огня

На земле мне не давалось даром.

Ни зерна, ни праздничного дня!

И доволен я своими днями:

Языком не брал я

И слюной