яйцеголовой принцессы с налтом кретинизма, - она скривилась.

Когда-то Нита думала, что в старших классах чтение будет считаться нормальным для

е ровесников. Она до сих пор ждала, что эта идея дойдт до кого-нибудь из е

одноклассников.

– Волшебство тут не поможет. Просто верь мне, когда я тебе говорю, что модная одежда

хоть немного поможет мне быть похожей на других. Я знаю, что в средних классах я не

сильно заботилась об одежде, но сейчас это важнее. Что касается длины юбки, то если

тебя беспокоит моральное разложение, я обещаю, что дам тебе знать, если увижу какие-то

признаки.

Мама Ниты слабо улыбнулась.

– Хорошо, - сказала она, положила назад выбранную юбку и взяла ту, что держала в

руках Нита.
– Моральное разложение в твом случае большой проблемой не было. Так что

это эксперимент. Но если я услышу что-нибудь от твоего учителя, ты будешь ходить в

робе до окончания школы. Тебе и твоему динозавру это лучше взять на заметку.

– Ага, мам, - ответила волшебница.
– Спасибо.

Она наклонилась, чтобы положить две другие юбки, которые она взяла, туда, где они

лежали. Эта юбка - начало. Мама смягчится через пару недель, и мы сможем вернуться

за двумя другими.

Они подошли к кассе и заплатили за юбку. Потом Нитина мама отвезла их в

супермаркет, и пока они ходили с тележкой вверх и вниз по проходам, Нита почти

успокоилась, даже практически против е воли. Но потом, когда она стояла с бутылкой

жидкости для полоскания рта и раздумывала, не лучше ли будет взять одну из тех, что

рядом, Нитина мама повернулась и сказала:

– А какой породы динозавр?

Боже мой, подумала Нита, может быть, хорошо, что я не сказала про гигантского

кальмара!

Когда Нита и ее мама добрались домой, Нита и Дайрин помогли разобрать продукты

(Нита еще и помогала маме уберечь еду от Дайрин); так что прошло полчаса прежде, чем

Нита поднялась в свою комнату и достала Учебник. Когда она взяла его в руки, то

почувствовала легкую вибрацию от обложки, свидетельствующую о входящем

сообщении. Она поспешно открыла его на последней странице. В верхней части было

указано имя Кита и ссылка на его Учебник. В центре страницы чернели слова: Если тебе

нужно немного времени, чтобы побыть одной, не стесняйся.

И все. Ни комментариев, ни объяснений. Ниту сначала бросило в жар, затем в холод, и

снова в жар.

Почему, этот маленький... Он даже не потрудился поднять телефонную трубку и

позвонить мне!

Или он действительно настолько сильно рассердился, что не уверен в том, что

сможет поговорить со мной.

Или, возможно, ему просто не хочется.

Нита почувствовала укол вины... а затем растоптала его. Почему я должна быть

виноватой, когда это он напортачил? А потом еще и не может спокойно принять

критику, когда кто-нибудь пытается его поправить?

Время, чтобы побыть одной? Прекрасно.

– Прекрасно, - сказала она Учебнику.

Послать ответ?

– Да, отсылай это.

Ее ответ, записанный Речью, появился на странице, рядом появилась отметка о времени,

затем он заархивировался.

Отослано.

Нита захлопнула Учебник и бросила его на стол, чувствуя легкое удовлетворение от

свершенного возмездия... и сразу же беспокойство. Ей не понравилось это чувство.

Вздохнув, Нита поднялась и побрела обратно в столовую.

Теперь, когда продукты были разложены по местам, стол заняли стопки распечатанных

листов. Пока Нита смотрела на них, ее мама пришла с улицы с еще одной парой папок в

руках, присоединив их к одной из стопок.

– Разная ерунда из цветочного магазина? - спросила Нита, подходя к холодильнику,