– Я ведь сказала, что не танцую! – закричала я, перекрывая музыку.

– Мы научим тебя, - с широкой улыбкой заверила она меня, явно не так меня поняв.

– Нет! – почти рявкнула я, и Морган отпустила мои руки, словно между нами вдруг выросла стена.

– Да что с тобой? – удивилась Изабель.

– Я не танцую, - я обхватила себя руками, точно защищаясь. – Я же говорила вам!

Мне было все равно, посмеются они надо мной или возненавидят, ведь я все равно уйду, так что

какая разница, что там будет. Девушки обменялись взглядами. Изабель пожала плечами.

– Как хочешь, - махнула она рукой и потрогала свои бигуди. – Так, нам пора собираться.

– Собираться? – переспросила я.

– Чтобы прогуляться, - пояснила она. – У нас ведь Девичий вечер, забыла?

– Нет, - покачала я головой.

– Тогда поспешим, - улыбнулась Морган. – И отпусти же, наконец, руки вниз. Тут не так холодно.

Глава 11

– Не бывает настоящего девичника без перепалки, – наставительно говорила Морган,

склонившись к зеркалу и нанося тушь.

– И кто-то непременно расплачется, - добавила Изабель. – В нашем случае – это обычно Морган.

– Неправда, - Морган взяла ватную палочку.

Изабель поймала в зеркале мой взгляд и лишь кивнула, опровергая слова подруги.

Я сидела на кровати и наблюдала, как девушки толкаются, стараясь поместиться в зеркале, и

наносят макияж. Комната насквозь пропахла духами и дезодорантом, а на кровати и туалетном

столике валялись самые разные флакончики и тюбики лака для ногтей, туши, помады и бог знает,

чего еще.

К подобным картинам я привыкла с детства, ведь раньше часто наблюдала, как мама собирается

на свидания. Даже в наши толстые годы мама никогда не считала лишний вес проблемой и

препятствием на пути к мужчинам, так что частенько выбиралась куда-то то с одним, то с другим.

Моей же обязанностью было встретить ее нового ухажера, проводить его в дом и предложить

присесть (на единственный приличный стул – складную садовую табуретку, купленную за

пятьдесят баксов в хозяйственном магазине), а затем ждать маминого появления. Она неизменно

спускалась к нам при полном параде, с макияжем, прической, и пахло от нее новыми модными

духами (здесь все зависело от того, какой именно пробник был вложен в журнал «Космо» на этот

раз).

На этот раз все было иначе.

– Сядь прямо. – Изабель закончила изучать свое лицо в зеркале и взялась за меня. – Плохая осанка

– первый шаг на пути к заниженной самооценке.

Я выпрямила спину. Она откинула волосы с моего лица и завязала их в хвостик, затем придирчиво

оглядела мое лицо.

– Морган.

– Да?

– Подай мне косметичку от «Ревлон». И спонж. И щипцы.

– Щипцы? – настороженно переспросила я, немедленно вспомнив, как она щипала меня в тот

день, когда занялась моими бровями и волосами.

– За бровями нужно ухаживать, - она прищурилась. – Смирись.

Я сидела, выпрямив спину и подняв подбородок, пока она колдовала над моей внешностью.

Сначала Изабель чем-то протерла мне лицо. Затем нанесла какой-то крем, вбивая его

подушечками пальцев, потом расчесала мне ресницы и брови и взялась за карандаш… Я смотрела

поверх ее плеча на фотографии красавиц-моделей, приклеенные вокруг зеркала, и размышляла о

том, как все эти прекрасные девушки пришли к своей красоте. Наверное, с такими данными

нужно просто родиться, а если тебе не повезло, как, например, кузине Изабель, то ты так и

останешься в очках и с кулоном-лягушкой на шее.

Наконец Изабель взялась за мои волосы, расчесала их, заколола и выпустила несколько прядей.

Когда она отошла, я смогла взглянуть на свое отражение, и из зеркальной глубины на меня

взглянула девушка.

Не жирдяйка. Не лохушка. Не Скважина.

Симпатичная девушка. Такая, какой я никогда не была.

– Выпрями спину, - Изабель ткнула меня расческой между лопаток. – Плечи назад.

Я выпрямилась и отвела плечи назад.

– Теперь улыбнись.

Я улыбнулась. Изабель в зеркале слегка приподняла уголки губ.

– Сделай мне одолжение, - попросила она вовсе не просительным тоном, - убери эту штуку, - она