– Вместе с Орландо де Брегом?

– Шевалье хотел помочь несчастным, но было уже поздно. Нам ничего не оставалось, как укрыться, дабы уберечь книги из монастырской библиотеки.

– Понимаю и не осуждаю, – кивнул отец Раймонд. – Вы совершили благой поступок.

– Это наш долг.

– Долг? – Он посмотрел на меня и странно улыбнулся. – Долг… Скажите, сын мой, вам не показалось странным решение настоятеля, который отправил вас в отдаленный монастырь за прегрешение, которое не было столь уж тяжелым? Разумеется, принимая во внимание ваше искреннее раскаяние.

– Обязанность послушника в беспрекословном подчинении.

– Мне кажется, он был слишком жесток с вами, – продолжил отец Раймонд. – Отказался принять вас обратно. Хм…

– Я не держу зла на аббата.

– Скажите, вам не показалось, что отец настоятель завидовал Лесной обители?

– Завидовал?

– Не было ли в его словах недостойной сана греховности? Погибшая обитель была более известна, чем монастырь Святой Женевьевы. Она славилась упорством и благочестием.

– Не знаю, святой отец, но отец настоятель был очень заботлив. Моя вина, что я оказался недостоин высокой чести.

– Понимаю, вам сейчас тяжело. – Священник не отрываясь смотрел на меня, будто хотел уличить во лжи. – Мечтали о служении Всевышнему, а вместо этого стали игрушкой в руках заблудших, которые пекутся лишь о своем благоденствии.

– Этого я не могу знать. Мне не встречались такие люди.

– Мне говорили, вы купили дом в городе? – неожиданно спросил он.

– Шевалье де Брег был так добр, что оказал мне денежную помощь.

– Орландо де Брег достойный христианин, – задумчиво кивнул отец Раймонд. – Хорошо известный благими делами и помощью Святому Трибуналу. Рад, что вы с ним дружны. Чем собираетесь заняться, сын мой? Ваша жизнь только начинается…

– Признаться, ваше преподобие, я еще не решил.

– Вы обучены грамоте?

– Да, святой отец.

– Знаете латынь?

– И латынь, и греческий.

– Вот как? Похвально, очень похвально! Радостно видеть юношу, который, несмотря на свой возраст, оказался настолько образован. Жак, я полагаю, что могу вам помочь. Дело в том, что в Баксвэре поселилась вдова графа де Фуа. Вместе с ней прибыл ее пасынок, которому нужен наставник. Надеясь на ваше благоразумие, могу рекомендовать вас этой особе.

– Я буду счастлив!

– Не все так просто, Жак де Тресс. Графиня известна своими благими делами, но женская недальновидность, характерная для молодых особ, позволила совершить несколько ошибок. Среди ее друзей есть люди, деяния которых нас искренне удручают. Мне бы не хотелось, чтобы ваш будущий воспитанник, Теодор де Фуа, подвергался их тлетворному влиянию.

– Но как я смогу обезопасить этого отрока?

– Вы все-таки истый рыцарь, Жак де Тресс! – улыбнулся отец Раймонд. – Рветесь в бой? Успокойтесь! Вам просто нужно обратить внимание на людей, которые могут внушить ему богопротивные мысли. Более от вас ничего не требуется. У нас достаточно возможностей, чтобы дать достойный ответ таким людям и призвать их к соблюдению законов. Вы меня понимаете?

– Да, святой отец.

– Я сразу понял, что мы найдем общий язык. Святой Церкви не хватает таких ревностных католиков, как вы, Жак де Тресс. Полагаю, что еще вернемся к нашему разговору.

– Всегда к вашим услугам…

Не прошло и получаса, как я оказался за дверьми Святого Трибунала, держа в руках рекомендательное письмо, адресованное графине де Фуа. Имя показалось знакомым, но, как я ни старался, не смог вспомнить, где и при каких обстоятельствах его слышал. Вместе с письмом отец Раймонд выдал небольшой кошелек с деньгами. По его словам, я должен был заказать новый, достойный дворянина наряд.

Погрузившись в свои мысли, я даже не заметил, как оказался среди шумных торговых рядов Малой площади, расположенной рядом с пристанью. Остановился рядом с одной из торговок, продававшей свежую рыбу, но тут увидел здоровенного парня, чья смущенная улыбка показалась хорошо знакомой. Приглядевшись, я убедился, что за этой гримасой прячется лицо спутника, с которым покинул отцовский замок.

– Пьер?

– Добрый день, сударь! Рад видеть вас в добром здравии… – Он начал говорить довольно бодрым голосом, но чем дальше, тем больше в нем сквозило удивление.

– Что тебя удивляет?

– Разве вы не в монастыре? – Он бросил осторожный взгляд на мой наряд.

– Увы… Создатель распорядился моей судьбой несколько иначе.

– Слава Богу! Рад, что вам повезло.

– Как ты? Нашел работу?

– Работы в городе немного, но с голоду не умираю. Трудился у одного из торговцев, но неделю назад его судно захватили пираты. Купец так расстроился, что выгнал и меня, и двух женщин, находившихся в услужении.

– Хм… Погоди, приятель… – Я задумался и вспомнил о подаренном мне кошельке.