Впрочем, в каждом из них было что-то сво, особенное.

– Понятно, - сказал тот, что возле красавчика, хлопая глазами. – Притащили е сюда.

Остальные молчали.

– Вы кто? – спросила я.

– Кто мы? – глупо переспросил Пепел. – Как кто?

– Да так! – возмутилась я. – Кто вы такие? Чего вы хотите? Зачем меня сюда привезли?

– Посмотреть на тебя поближе, - зло выплюнул красавчик.

– И что? Посмотрели? Могу идти?

– Смотря, что скажет Парфен, - вдруг крайне серьзно ответил Желток, на секунду даже

перестав улыбаться. – Хотя неважно, что он скажет. Я и так знаю. Скажет, отпустить, конеч-

но, но мы не отпустим. Будешь нашей пленной. Все за?

– Вы о ком? – в голове что-то судорожно заскрипело, попыталось прокрутиться и встать

на место. Безуспешно. – Парфен – это кто?

– Ладно, пусть остатся, раз так сложилось. Кто решил? Ну, вот тут она уже, пусть будет, -

наперебой заговорили они все, по крайней мере, губы шевелились у всех. – Будет пленной.

– Вы что? – возмутилась я. – На кой вам это нужно?

– Ответственные за охрану – Алой и Синь, - перекрыл всех остальных голос игрока с зе-

леным воротником стандартной для них формы, такого надменного и серьзного, что сразу

становилось ясно – он тут командует. Красавчик в ответ пренебрежительно усмехнулся.

– Зеленец, может, без Алоя обойдмся? Он же будет грубить, помните, когда мы играли в

морской бой? Ну, игру, где на скорость летать? Те, которые напротив стояли, когда корабли

уже стартуют… Помните, из-за чего он завлся? Даже страшно вспоминать, как он разговари-

вал с ними. Даже если в этот раз он будет сдерживаться, – игрок с синим воротником резко за-

молчал и взглянул на красавчика. – Может лучше… Фиолета?

Тот, кто рассматривал карту, прокладывая движениями пальцев на поверхности какие-то

извилистые маршруты, отвлекся и изумленно уставился на Синя. Воротник, понятное дело, у

него был фиолетовый. Видимо, так они клички и подбирали – по цвету воротника. Или ворот-

ники под цвет клички? Бр-р-р, запуталась уже.

– Меня? – спросил он таким тоном, будто услышал несусветную глупость.

– Или Белка.

Ещ один, который в разговор не лез, а сидел тихонечко практически в углу, задумавшись

о чем-то гораздо более важном, чем какая-то приблудная адаптантка, почти вздрогнул и как

впервые всех нас увидел. Его глаза внимательно оглядели всех товарищей, потом скользнули

по мне, и Белок отрицательно покачал головой. Мне показалось он тут самый старший и са-

мый строгий, что ли… по крайней мере, он бы меня в лагерь с водокачки точно не потащил.

– Мне нужен в пару кто-нибудь поспокойней. Алой не годится для охраны, - отрезал

Синь. – Он станет нудеть и ныть, он будет ругать всех псевдо-хомеров в целом и землян в час-

тности. Всех женщин, девушек, старушек и даже младенцев женского пола, пока не перечис-

лит каждую поименно. Стоит только подумать, что каждую минуту он станет проклинать пе-

реборчивых и недалких девочек, которые не способны ради своего собственного будущего

даже на доверие, да ещ приплюсуются все его тайные амбиции и…

– Синь, хорош болтать, - перебил его Зеленец. У него был прямой нос, умные узкие глаза

и тонкие, но вс равно приятного изгиба губы. – Ты и Алой. Или ищите себе другого команди-

ра.

– Не истери! – огрызнулся красавчик Алой.

– Как забавно за вами наблюдать, - со светящимися глазами сообщил Желток, так и сто-

ящий у стола.

– Да что происходит! – крикнула я.

– Не кричи, - повернулся ко мне Фиолет. Видимо, хотел что-то добавить, но внезапно за-

молчал. И отвернулся, не успела я как следует его рассмотреть.

– И, правда, что же ты так громко орешь, милая моя? – поинтересовался Пепел. – Мы и

так все осведомлены, что ты далеко не образец воспитания и терпения. И к труду тоже не

склона.

Я даже растерялась. Меня много как оскорбляли, но чтобы так… странно, что ли?

– Да кто вы такие, чрт возьми? – проникновенно спросила я.

– Как кто? Мы кисейцы.

Тут же в моей голове вдруг зазвучали фанфары, трубы запищали, забили барабаны и

краска стыда залила меня с самой макушки до пяток. Кисейцы… Парфен… Я бы сразу догада-

лась, если бы не считала, что играть мы будем только с гудронцами и гражданами. Но ведь