Пару раз Дрир помянул о желании благородного Девиго построить на Утёсе форпост. Так сказать, оперативная база по ближе к месту охоты. Пока людей очень здорово выручает огромное расстояние. Дрир был не в состоянии подсчитать, сколько дней они плыли, но, говорит, очень и очень много.

– А как же долговое рабство? – заметил Андрей. – Если за рабами нужно плыть за тысячи километров, то… не проще ли обратить в рабство простолюдинов?

– Проще, – согласился Сергей. – Когда-нибудь благородные додумаются и до этого. Но! Опять же: Мирем практически пуст. Тех же менгов вряд ли больше миллиона. Пока самые бедные предпочитают уходить на новые земли. Пара сотен километров на север или на юг, и вот тебе ни благородных, ни долгов. Что простолюдины и делают. Такой исход выглядит особенно привлекательным из-за полного отсутствия враждебных аборигенов. Самый страшный враг на новом месте – степной волк или медведь, если лес неподалёку.

– Печально твоё пророчество, - Андрей задумчиво забарабанил пальцами по столешнице. – Во истину – кто приумножает знания, тот приумножает скорбь. Охотникам твой прогноз не понравится. Ох как не понравится.

– И они тебе не поверят, - уверенно добавил Ян.

– А это и есть главная причина, по которой я решил сперва поговорить с вами, - пояснил Сергей.

Над столом зависла тягостная тишина. Слышно, как в печи гудит огонь, а по крыше барабанит осенний дождик. Над столом, роняя в миску с водой огненные капли, потрескивает лучина. В доме тепло и уютно. Совсем не верится, что где-то далеко, далеко коварные менги куют рабские ошейники.

На прохладном кувшине маленькими капельками осела влага. Сергей, сбив пальцем прозрачный шарик, тихо произнёс:

– Впрочем, всё не так плохо. Менги – никудышные воины. Воевать им не с кем. Прослойки профессиональных воинов у них нет. А те, что есть – охранники и полицейские. За сотни лет государство менгов не тряхнула ни одна социальная катастрофа.

Как мне рассказал Дрир, витус Девиго, атаман отряда, набрал простолюдинов в деревнях своего отца. Профессиональных воинов среди них не было вообще. В лучшем случае, с десяток охотников. Остальные такие же крестьяне, как и сам Дрир – физически крепкие, но и только. Витус Девиго около десяти дней учил их махать топором и прикрываться щитом. Да ещё в походе, вместо утренней зарядки, заставлял воевать друг с другом. И всё.

– Он что, этот Девиго, авантюрист? Коль с таким воинством на людей попёр, - спросил Ян.

– Ещё какой, – согласился Сергей. – Молодой Девиго страстно желал забраться по социальной лестнице как можно выше и как можно быстрей. Для него заняться работорговлей примерно то же самое, что в наше время на Земле отыскать богатейшее месторождение нефти. Деньги дают власть, а большие деньги дают большую власть. Ему, как самому младшему в роду Девиго, место отца не грозило ни с какого боку. Старшие братья от старшей жены быстрей прирезали бы его на заднем дворе, чем позволили бы занять место отца. Да и сам отец не собирался назначать его своим наследником. Среди благородных грязня ещё та идёт.

В тишине дома скрип открывающейся двери прозвучал как раскат грома. На пороге, повесив мокрую накидку на колышек в стене, появилась Инса, супруга Саяна.

– Вы ещё здесь? – стряхивая с волос капельки дождя, недовольно поинтересовалась Инса. – Поздно уже. Спать пора.

Недовольство жены можно понять. Прежде, чем звать друзей на торжественный ужин, Саян с превеликим трудом уговорил Инсу сходить в гости к соседке вместе с дочерью. Спровадил на вечерок, если честно, чтобы не мешали. Саян, вглядываясь в полумрак за спиной супруги, спросил:

– А Шима где?

– Папа, я здесь! – из-за спины матери выглянула приёмная дочь.

– Ну ладно, – Ансив поднялся из-за стола. – Спасибо, Саян, за невероятный ужин, за интересный рассказ, но нам действительно пора.

– И то верно, – следом поднялся Ягис. – Последний вопрос: что ты будешь делать с менгом?

– Не решил ещё, - Саян отвёл глаза.

Возле двери Ягис обернулся:

– До завтра. Всем спокойной ночи.

Друзья, аккуратно прикрыв за собой дверь, ушли. Инса, глядя на стопку грязных тарелок, недовольно пробурчала:

– Опять секретничали, Умелец?

Если жена называет Умельцем, значит недовольна. Нехорошо, конечно же, злить супругу, но иначе, слушая непонятную речь, она разозлилась бы ещё больше. Женщины очень любопытны. В чём в чём, а в этом качестве Инса не уступает соплеменницам. Саян примирительно улыбнулся:

– Не сердись, родная. О чём мы тут секретничали – всё равно не скажу. Как верно заметил Ансив, кто приумножает знания, тот приумножает скорбь. Оставь посуду, завтра вымоешь. А сейчас пошли спать.

Глава 18. «Провал».

Всю ночь моросил мелкий тоскливый дождик, но к утру небо очистилось, а из-за кромки леса выглянула великолепная Гепола. Потоки ослепительного света заглядывают под навес и слепят глаза. Саян, сидя за верстаком, работает над каменной ступкой.

Сама ступка готова. Осталось довести до совершенства каменный пестик и вырезать символы Леи-целительницы. Ежеминутно проверяя, насколько хорошо пестик ложится в каменную чащу, Саян напильником счищает мелкие едва заметные шероховатости.