– Утус Саян, - неуверенно заговорил второй караульный совсем юный тус Винж, - менга, того, убивать?

– Не убивать, а казнить. Есть разница, - Саян сдвинул крайнее бревно и взялся за следующее.

Не спрашивая более ни о чём, караульные помогли столкнуть с ямы верхний накат из толстых брёвен. Менг, заметив возню, приподнялся сам.

– Руку давай! – на языке менгов потребовал Саян.

Схватив пленника за золотистую кисть, Саян рывком вытащил его из ямы. Караульные, на всякий случай, похватали копья. Пара медных наконечников замерла в полуметре от груди менга. Но Дрир и не думает сопротивляться. На удивление спокойно, словно собираясь пообедать или сходить до ветру, менг позволил завести руки за спину и связать себя кожаным ремешком.

– Иди за мной, - Саян откинул полог тюремного шалаша.

Не оглядываясь, Саян торопливо шагает по стойбищу на выход. Сзади, тяжело дыша, топает менг. За месяцы жизни в яме на скудном пайке пленник изрядно ослаб. Замыкают шествие молодые караульные.

Сородичи прекрасно понимают: рано или поздно пленника всё равно придётся убить. Менг – не человек, в род его не примут. И уж конечно никому и в голову не придёт отпустить заклятого врага на все четыре стороны.

Сородичи с удивлением смотрят на маленькую процессию. Дети побросали шумные игры и с неприкрытым интересом пялятся за заросшего грязью и золотистой бородой менга. Весть о выводе пленника шурша платьями и штанами разлетелась по стойбищу.

Вот и выход. Ворота открыты. Караульный охотник молча отошёл в сторону. Площадка, где обычно тренируется отряд, осталась в стороне.

Саян, дойдя до дуба, до первого высокого дерева с толстыми раскидистыми ветками, остановился. Из прохода в стойбище высыпала небольшая толпа. Мужчины и женщины, ожидая редкое представление, остановились возле засеки. А сзади постоянно подбегают всё новые и новые сородичи. Любопытные дети, не рискуя отходить от взрослых, уселись на траву.

Зрители на месте, жертва на месте, можно начинать. Саян снял с плеча моток верёвки и перекинул конец через толстую ветку. Бог его знает, как завязывать знаменитый «узел палача». Саян просто, на манер швейной нитки, скрутил маленькую петельку и уже сквозь неё потянул большую петлю.

Менг, отрешённо наблюдая за манипуляциями Саяна, вдруг произнёс:

– Благородный, прошу вас.

– Чего тебе? – Саян растянул верёвочную петлю.

– У меня дома вешают только преступников и предателей. Смерть в петле считается позорной. Когда витус Девиго взял меня в свой отряд, я перестал быть крестьянином, я стал воином.

– Ты хочешь умерь как воин, от клинка? – догадался Саян.

– Да, - отрешённо ответил Дрир.

– Хорошо, да будет так, - Саян отбросил петлю в сторону.

Дрир, не дожидаясь приказа, повернулся спиной и встал на колени. Саян, подойдя к пленнику ближе, превратил дар Создателя в катану. Острый кончик прикоснулся к золотистой шее.

Прикосновение смерти будет страх, но нет – Дрир даже не вздрогнул. Пленник прекрасно осознаёт свою судьбу.

– Великий Создатель, я иду к тебе, - еле слышно прошептал Дрир.

– Ибо ждёт меня жизнь вечная, – закончил Саян.

Тонкое лезвие со свистом рассекло воздух. Голова Дрира подпрыгнула на месте и соскочила с плеч. Менг как стоял на коленях, так и рухнул срубленным деревом. Кровь толчками выплёскивается из разрубленной шеи. Тронутая осенней желтизной трава окрасилась в красный цвет.

Саян, переложив катану в левую руку, присел на колено перед казнённым.

– Утус Дрир. Я, Саян Умелец, отпускаю тебе грехи твои, - торжественно, на благородном иссари, произнёс Саян и кончиками пальцев дотронулся до золотистой шеи. – Да будет твоя душа чиста. Да примет её Великий Создатель. Покойся с миром.

Утус Терш заклинал не говорить при сородичах на языке менгов. Не так поймут, да и чёрт с ними. Саян поднялся с жухлой травы. Кровь тонкими струйками потекла по тёмно-синей катане. Последняя капелька сорвалась с острого кончика, когда Саян превратил дар Создателя обратно в обруч на правом запястье.

– От трупа избавьтесь как-нибудь, - Саян повернулся к молодым последователям. – Можете бросить его в Акфар. Руки отдайте Большому мху, он давно на них зарится.

Не оглядываясь, Саян пошёл домой. Завтра начнётся далёкий поход за рудой, готовиться надо. Любопытные сородичи при его приближении расходятся в стороны. Ещё через десять минут тюремный шатёр запылал высоким заострённым костром. Первыми прогорели и опали покрывающие скат шкуры. Подпирающие жерди продержались не намного дольше. Последними догорели толстые брёвна верхнего наката. Саян лично побросал тлеющие угли в яму и разровнял место. Через год свежая трава затянет тёмный пяточек. Корни и зелёные стебли скроют пепел. И уже ничто не будет напоминать о стоявшем здесь высоком шатре.

Глава 19. «Поход за рудой».

Нападение на менгов принесло богатую добычу. Участники налёта обзавелись медными топорами и ножами. Но меди всё равно не хватает. К хорошему быстро привыкаешь. Удовлетворяя возросшие потребности племени, Саян превратился в кузнеца и металлурга в одном лице.

За семь лет сложилась традиция наведываться к медному руднику дважды в год: весной, до Большого сбора, и осенью, до наступления первых холодов.

Ещё в первый год оплавленные куски породы были подобраны подчистую. Разрабатывая месторождение, рудокопы пробили небольшую пещеру. Но без таких острых и прочных инструментов, как дары Создателя, добыча руды превращается в сущую мороку. Медные инструменты быстро тупятся, каменные молотки и кувалды не выдерживают продолжительной работы. К тому же в тесной пещерке особо не размахнёшься.