Решению этой парочки он удивился. По идее они за месяц уже привыкли друг к другу, должны проситься в одно место. А тут решили разделиться. «Поссорились, наверное», — подумал сержант. Честно говоря, до лейтенанта ему не было никакого дела. Помогли человеку, и ладно. Хочет воевать у Потанина, пусть воюет у Потанина. Хотя бы на его месте, он бы выбрал отряд Семёнова. По крайней мере, там можно сделать карьеру. Кадровый военный среди гражданских имел бы все преимущества. А у Потанина так командиром взвода и останется. Хотя может ничего большего лейтенант и не хотел. Умеет из пулемётов стрелять и баста!

Жора вышел на связь с Ритой.

— Рита, как у тебя?

— Всё спокойно, Жора. Ждем, когда вернёшься.

— Уже летим. Размолотили аэродром, набрали кучу трофеев. Везём патроны, грузовик пригоним ночью. Вышли группу встречи. Двух человек достаточно.

Курс сержант рассчитал точный, через десять минут после разговора он уже начал узнавать знакомые просеки, увидев Яловацк, повернул чуть в сторону. Сели в пятистах метрах от перехода.

— Иди, проводи товарища Стороженко, — кивнул он Арине. — Потом сядешь на аппарат Вики. Встретимся у красноармейцев.

— Лейтенант, пересаживайтесь на мой аппарат, летим к партизанам.

Медсестра вылезла, посмотрела на Климова, но ничего не сказала и пошла за Ариной в лес. Не было здесь никаких ориентиров, маленькая полянка в глухом лесу. Лейтенант сел сзади.

Взлетели. Летели молча, Жоре было неприятно. За спиной сидел человек, которого он не понимал. Сели за двести метров от поста.

— Снимайте мои приборы, Климов и отдавайте обратно, — сказал сержант.

Лейтенант снял и вернул амулеты.

— Пойдёте сейчас прямо, через двести метров вас остановит пост. Отведут к командиру. Имейте в виду, подписка ваша в силе, вы о нас ничего не знаете. Командиру передадите от меня записку. Читать не советую. Спрячьте в карман гимнастёрки, — протянул ему сержант, вырванный листик блокнота. — Пусть потом пришлёт бойцов и заберут четыре ящика патронов, — сказал сержант, начиная развязывать груз.

Лейтенант, прихрамывая, двинулся в указанную сторону. Даже отсюда сержант услышал окрик: — Стой, руки вверх!

В записке Жора написал: «Обнаружили в лесу человека, знаю один день. Из ноги извлекли пулю. Шел вместе с медсестрой. Заберите патроны. В.»

Три ящика сержант оставил для партизан Семёнова. Он поднял аппарат и сделал короткий перелёт. Партизаны уже обжились. Над местом поднимался чуть заметный дымок. Сверху Жора заметил караульных сидевших в их окопах. Приземлился разгрузил ящики и отогнал арилёт в сторону. Снял невидимость и зашагал по просеке.

— Внимание, вижу Ветрова, — крикнул звонкий девичий голос. — Довести командиру.

Встречать выбежал сам Семёнов. Дозорная так из засады и не появилась.

— Я к вам на минутку, — сказал сержант поздоровавшись. — Привёз три ящика патронов немецких, думаю вам пригодятся. В одном — бронебойно зажигательные. Опробуйте, брали на аэродроме, у немцев для самолётов разные применяются.

— Спасибо товарищ Ветров. Какие новости на фронте?

— Не знаю. Связи с командованием не имею. Подорваны несколько мостов на железной дороге. Ковельский железнодорожный и Львовский узел выведены из строя. Наступление на Киев скорее всего остановится, поскольку прервано снабжение фашистских войск. Немцы наверняка начнут серьёзную операцию против диверсантов и партизан. Так что готовьтесь. Подбирайте места новых баз.

— Здесь им нас не достать. Если только на марше авиацией. Но мы уже усиленно учимся, Потанин прислал несколько инструкторов, тренируют наших бойцов.

— Потанину привет, сообщите всё что я вам сказал. Завтра подкину вам пару пулемётов. Ему тоже пяток. Магазины к ним уже снаряженные, патроны тоже авиационные, с самолётов. Трассерами могут выдавать месторасположение пулемётчика. Для противника это страшно, когда к нему тянется огненная струя пуль. Но очень удобно для немецких снайперов отстреливать пулемётчиков. Парные секреты надо разнести от лагеря на километр или даже больше. Двести метров — это мало. Немцы наверняка будут засылать разведывательные группы. Перед секретом должны стоять растяжки из гранат, или мины. Чтобы не подобрались и не вырезали. Скрытность и маскировка — вот ваше главное оружие. Удачи вам, Владимир Ильич, — распрощался сержант. Он прошёл двести метров по просеке и скрывшись в лесу включил амулет. На просеке стояло три ящика патронов. Семёнов попробовал один поднять — ящик был тяжеленный.

«Не один приходил. Одному не дотащить» — подумал Семёнов, подзывая своих. Теперь отряд был обеспечен запасом патронов.

— Жора, мы закончили и взлетели, — вышла на связь Ариша.

— Я тоже. Жду у сгоревших машин, пересядешь ко мне.

Сели. Место было с воздуха заметное.

— Перевели Стороженко на ту сторону, я её перед переходом усыпила, потом разбудила. Патроны быстренько перекидали. Риту в курс дела ввела, — доложила Ариша, забираясь на арилёт Принца.

— Сюда шли курсом триста двенадцать градусов по компасу. Обратно идём курсом сто тридцать два. Вам его надо запомнить, чтобы держать направление на Яловацк и Колки. Долетели за тридцать две минуты, мощность двигателя средняя.