Шрифт:
– У меня фантастическая семья, – сияя, заявил Чарли.
– Да, это точно, – ответила Джун при общем согласии сидящих за столом.
Глава 21
– Кэт! Он написал! – заверещала Изабел.
«Изабел никогда не верещит», – в полусне подумала Кэт, разлепила один глаз в темной спальне и посмотрела на часы на столике у кровати. Почти пять тридцать утра. Солнце еще не взошло. Она зарылась головой под подушку.
Изабел скинула подушку.
– Он написал!
– А? Кто?
Изабел улыбалась во весь рот.
– Я просто села за твой стол проверить прогноз погоды на сегодня и увидела твой почтовый ящик – входящее сообщение от Харрисона Ферри!
Кэт откинула одеяло и бросилась к письменному столу. Она даже не стала садиться. Вместе с Изабел они склонились и начали читать.
Дорогая Кэт!
Мне ужасно жаль, что я так задержался с ответом. Я в отпуске в этом семестре, занимаюсь научными исследованиями для книги, и хотя проверяю свою почту, приходящую на адрес колледжа, ваше письмо, похоже, попало в папку со спамом. В любом случае меня очень огорчили новости о здоровье вашей мамы. За все эти годы не было дня, чтобы я не думал о Лолли. Мне бы хотелось приехать, как только вы дадите разрешение.
Я живу в Брансуике, поэтому могу приехать в любой момент.
Очень рад, что вы мне написали.
Ваш Харрисон Ферри.
Кэт обняла Изабел, потом они переглянулись и снова обнялись.
– «За все эти годы не было дня, чтобы я не думал о Лолли», – повторила Кэт. Ей хотелось прыгать.
– Тон письма сердечный, – отметила Изабел. – Какое облегчение.
Кэт села и написала ответ, в котором приглашала его приехать, когда ему удобно: сегодня, завтра?
Харрисон ответил в течение двадцати минут. Он приезжает этим вечером.
Кэт принесла поднос с завтраком в комнату матери – яичница-болтунья и тост в тесте, как любила Лолли, тарелка ягод и чашка ромашкового чая. Ночную вахту несла Джун, и она бодрствовала – читала, сидя в кресле, толстый роман, когда Кэт заглянула в комнату час назад. Лолли была слишком слаба для кресла-каталки и веселой болтовни на кухне, поэтому Изабел собрала поднос.
– М-м-м, как вкусно пахнет. Я что-нибудь съем. – Джун поцеловала тетку в щеку, прежде чем пойти к двери. – Надеюсь, там есть бекон.
– Если его не прикончил Чарли, – со смехом отозвалась Лолли. – Беги, а то не успеешь.
Когда Джун обошла кровать, Кэт прошептала:
– У Изабел есть грандиозная новость.
Джун в нетерпении выскочила из комнаты.
Кэт поставила перед исхудавшей матерью поднос и села на край кровати.
«Просто скажи ей. Нечего ходить вокруг да около, – как всегда говорила Лолли. – Просто скажи».
– Действительно пахнет восхитительно, – заметила Лолли, откусывая тост.
– Мам, сегодня вечером у тебя будет особый гость, – выпалила Кэт, зажмурившись. Открыв глаза, она увидела, что Лолли выбирает: взять клубнику или чернику.
– Кто?
– Харрисон Ферри.
Мать положила клубнику.
– Что?
– Я ему написала, и он приезжает.
– Ты ему написала, и он приезжает… – повторила Лолли. – Харрисон приезжает сюда?
Кэт кивнула и собралась с духом.
– Он знает про рак?
– Он знает, мама.
– Харрисон приезжает?
Голубые глаза Лолли наполнились слезами. Прикрыв ладонью рот, она отвернулась к окну. Перед уходом Джун раздвинула шторы – стоял серый с моросящим дождем день.
Кэт затаила дыхание. Мать вполне могла разругать ее за то, что она связалась с ним без ее ведома, совала нос в дела Лолли, и посетовать, что зря разоткровенничалась с дочерью.
– Ты поможешь мне хорошо выглядеть?
Кэт с облегчением выдохнула.
– Ты всегда хорошо выглядишь, мама. Но я помогу тебе выглядеть ослепительно.
Улыбка Лолли пришла откуда-то из глубины ее души, и Кэт поняла, что поступила правильно.
Харрисон Ферри напомнил Кэт Пирса Броснана: так мог выглядеть его старший брат, занимающийся преподавательской деятельностью. Лет шестидесяти, довольно красивый, высокий и стройный, с темными волосами, почти полностью поседевшими. Он походил одновременно и на важную персону, и на морского капитана. Вошел с красивым букетом фиолетовых ирисов. Кэт не слишком много думала о любви между своей матерью и этим мужчиной пятнадцать лет назад, о том, как они встречались, пока отец возил Кэт на ярмарки штата, как повез своих детей муж Мэрил Стрип в «Мостах округа Мэдисон». Ее мать любила этого человека, а остальное не важно.
Лолли попросила Кэт привести Харрисона к ней в комнату, когда он приедет, чтобы они могли побыть наедине. За последние несколько часов Изабел, Джун и Кэт хлопотали вокруг Лолли, показывая ей на выбор разные шарфы, слегка подкрасив лицо – чуть-чуть пудры и немножко искусственного загара на щеки, провели по ресницам коричневой тушью, подвели специальной пудрой для бровей поредевшие брови, самая малость ее любимых духов «Шанель № 19». Специально украшать комнату не требовалось, они делали это последние несколько недель: всегда свежие цветы, самое красивое постельное белье, напоминающее Лолли о ее любимом Атлантическом океане, и веселые произведения искусства на стенах, в том числе несколько взятых в рамку оригиналов Чарли Нэша, возраст семь лет.