С распоротым брюхом боли от маленького пореза на щеке или царапины на запястье не ощущают. А вот с душевными ранами всё иначе. Столько всего обрушилось на отца Сучапарека, что присутствие в кабинете префекта города благородного сета Дентора Гравлена должно было казаться ему сущей ерундой. Должно было — а вот не казалось.

Кермий Мерк был птицей невысокого полёта. Должности своей он соответствовал, но рассчитывать на большее с его стороны было бы ошибкой и нахальством. Да он и не рассчитывал. Должность префекта Толы его вполне устраивала, интриг с целью возвысится он не плёл и старался ладить со всеми, кто его окружал.

Иное дело наместник. Тот явно метил в сенат, да и, скорее всего, через пару-тройку вёсен должен был там оказаться. Гравлен имел в столице не одну дюжину высокопоставленных друзей и никогда не упускал случая, если его имя могло прозвучать в положительном контексте при дворе Императора.

Можно было не сомневаться, что произошедший инцидент благородный Дентер постарается использовать для представления себя в выгодном свете, тем более что прямой ответственности за произошедшее на нём не лежало, а организовать преследование беглецов без помощи наместника будет крайне затруднительно. Верховный Инквизитор Толы сознательно шел к префекту, который формально имел право отдать нужные приказы в одиночку. Но не повезло: Гравлен, словно демоны ему на уши нашептали, оказался тут как тут.

Впрочем, времени для того, чтобы размышлять о превратностях судьбы у отца Сучапарека было всего ничего: в кабинете префекта нельзя себе позволять затяжных пауз.

— Благородные сеты! Во исполнение законов, установленных божественным Императором и во славу богов, хранящих Империю Мора, необходимо организовать преследование злодеев, осмелившихся преступить их волю. Нужно срочно послать гонца к авиаторам, чтобы они прислали двух, а лучше — трёх транспортных драконов.

Морриты переглянулись, после чего Мерк с тщательно скрываемым волнением в голосе произнёс:

— Сначала мы желали бы выслушать твои объяснения о том, что произошло в городе, о высокочтимый отец.

— Благородный Кермий, я готов всё объяснить, но после того, как злодеи будут пойманы или уничтожены. Сейчас не время…

— Сейчас самое время, — сурово прервал инквизитора наместник.

Толстяк префект обеспокоено переводил взгляд с одного собеседника на другого. Его высокий лоб покрыли крупные капли пота, а руки мелко подрагивали. Кермий Мерк понимал, что за произошедшее с него обязательно спросят и явно боялся отвечать.

— Как будет угодно благородному наместнику, — слегка поклонился Сучапарек. Сейчас Верховный Инквизитор Толы был не в том положении, чтобы оспаривать слова Гравлена: главную ответственность за произошедшее придётся нести именно ему. И единственный шанс спасти свою шкуру — найти и уничтожить мерзавцев всех до единого. А ещё лучше схватить кого-нибудь из них живыми. Но для этого не обойтись без помощи властей провинции.

— Мы слушаем, — поторопил Гравлен.

— Как известно благородным сетам, в гладиаторской школе благородного Ксантия Деметра Линвота длительное время содержался дракон, которого ланиста Луций Констанций купил у охотников. Это был не просто дракон, но диктатор. Я неоднократно предлагал Луцию продать дракона Ордену, дабы предать тварь подобающей казни, но ланиста неизменно отказывал. Он намеревался выпустить дракона на Арену и выручить таким образом большие деньги.

— Это известно всему городу, — некстати встрял префект.

— Это стало известно далеко за пределами города. Среди гнусных отщепенцев, дерзающих отрицать волю богов и божественного Императора созрел заговор с целью освобождения дракона, а несговорчивость Луция сыграла на руку заговорщикам. Под видом мальчишки-ученика они заслали в школу шпиона. Прошлой ночью дракону был устроен побег. Достойно сожаления, что школьная стража позволила сделать это гнусное и богопротивное дело.

— Достойно ещё большего сожаления, что Инквизиция своевременно не выявила в мерзком мальчишке преступника, — снова подал голос Кермий Мерк.

Отец Сучапарек строго посмотрел на префекта, тот не выдержал взгляда, смешался и опустил взор к полу.

— С позволения благородного сета я напомню, что Инквизиция существует для помощи законной власти. Долг охранять установления богоугодного Императора возложен на его слуг — наместников и префектов. Мы же, смиренные божьи служители, лишь помогаем им по мере наших скудных сил.

— Но это не означает, что я должен указывать тебе на каждого изониста, сунувшего свой мерзкий нос в Толу, — голос Кермия сбился на совершенно неприличный визг. — Напротив, ты должен был сообщить мне, что мальчишка внушает подозрения и может быть опасен.

— Сам мальчишка не представлял никакой опасности, — излишне горячо и торопливо заверил Инквизитор.

— Вздор!..

— Благородный Кермий, ты полагаешь, что устоям великой Империи Мора может чем-то угрожать малолетний дикарёныш, на губах которого ещё не просохло материнское молоко? Я верный подданный Императора Кайла и полагаю, что его власть в Толе, равно как и в других провинциях, крепка и непоколебима. Но, если префект города считает иначе, если даже ребёнок представляет для порядка в Толе величайшую опасность…