— Ханна, так кто же вас научил заклятию древа? — совсем неожиданно прошептал

мужчина.

Я испуганно вздрогнула и распахнула глаза, но он не отпустил рук, не разорвал контакт

земли и воздуха. Вокруг нас медленно поднималась пыль, образовывавшая объединенную

стихию.

— Не люблю, когда лгут, — еще тише произнес профессор. — А особенно не люблю

тех, кто имеет наглости подставлять другого.

— Я... я...

— Не мямлите. Надеюсь, вы помните, что я не терплю этого. Мне очень интересно

кого вы покрываете, что осмелились на такой глупый шаг?

— Простите меня! — отчаянно ответила, чувствуя, как поднимается изнутри сила. Чем

сильнее я волновалась, тем сильнее она выплескивалась. Маленькое торнадо что мы

пытались сделать между нашими руками при помощи ветра и земли, начало

увеличиваться.

— Ханна, одним «простите» вы не отделаетесь! — хмуро проговорил преподаватель. А

после вдруг опустил руки. Я лишь успела заметить хитрый блеск в его зеленых глазах.

— Давайте, Ханна, справьтесь с нашим деянием... — его голос слышался все глуше, я

могла только с ужасом наблюдать, как торнадо доходит до моего роста.

— На турнире происходит всякое, вашего напарника могут ранить. Вам надо будет

самой справиться, надо будет взять себя в руки. Эмоции — это наш враг.

Я ничего не видела и не слышала, пытаясь справиться со стихией. Она ведь может

кого-то задеть! Еще чуть-чуть и «торнадо» станет выше меня. Пока что мне удавалось

сдерживать его в малых пределах, но я понимала, что должна успокоиться. Только

утихомирив чакру, можно отменить созданное, без подпитки оно исчезнет. Но как же

сложно!

Давай, Гарх'ханна, рожденная великим отцом своим и повелевающая камнем так, как

это делали все предки, утихомирь эмоции. Ты спокойна, совсем как камень. Ни чувств, ни

ощущений. Я справлюсь, иначе я не дочь своего отца!

— Браво! — хлопок в ладоши, и я удивленно открыла глаза, понимая, что нахожусь в

круге адептов и профессора.

Стихия исчезла, словно ее не было. У меня вышло? Неужели и в правду все

получилось?!

— Запомните сегодняшний урок, на следующем вы сами попробуете прервать поток

силы и остановить содеянное. На сегодня свободны.

Все еще удивленная случившимся, я медленно пошла за сумкой, когда была

остановлена голосом:

— Ханна, задержитесь.

Великий эфир, не хочу оставаться с ним наедине. Что я скажу в свое оправдание? Но

адепты послушно покинули зал, и я осталась один на один с преподавателем. Он не

начинал разговор первым, медленно подошел к лавке и указал мне на нее рукой.

— Я постою.

— Как знаешь, — пожал плечами и сделал пасс, закрывая двери. — В первую очередь

хочу сказать, что ты — молодец. Справилась с моим заданием. И о подвигах с заклятием

древа, как ты понимаешь, тоже наслышан.

А я вдруг поняла!

— Вы ведь специально во время связки заговорили о случившемся? Да? Чтобы меня

одолели эмоции?

— Верно, Ханна. И я рад, что ты все-таки смогла взять себя в руки. Эмоции мага — его

оружие, но если они возьмут вверх, стихийник может натворить много бед. Однако сейчас

я хочу поговорить непосредственно о твоем поступке. Как ты понимаешь, ректор уже

сообщил мне прекраснейшую новость о том, что я, оказывается, обучаю своих учеников

заклятиям уровня, который им еще рано не то что бы уметь, а даже знать.

— Я не хотела обманывать, просто…

— Просто решила выгородить друга. Ведь если узнают, что четверокурсник обучает

малолетку такой неконтролируемой магии, подвластной лишь изучению на определенном

курсе, его выгонят.

На душе похолодело. Он знает об Эвине!

— Не бойся, — мужчина заметил мой страх. – Я не сказал ректору о Флинче. Однако

он должен был понимать, к чему приведет такой поступок.

— Он не знал, да я и сама не знала, что решусь использовать. Мы даже с ним не

пробовали его, он лишь в теории мне рассказал о возможностях заклятия древа и формуле.

Я, и только я виновата.

— Хорошо, что ты это осознаешь, только как думаешь искупать вину? Понимаешь