Выйдя за стену, я снова попал в длинный коридор, в стенах которого чернело несколько выходов. Лабиринт - дошло до меня наконец!

Значит, свобода не так близка, как я предполагал...

Что ищут в лабиринте? Разумеется, выход, если, конечно, он не там же, где вход. Но какая мне разница, куда я попаду, если не знаю куда идти? Где же Ариадна, которая даст мне путеводную нить?

Вряд ли её стоит ждать. А потому - вперёд, вперёд!

Свернув в первый попавшийся коридор, я побрёл по нему, осматриваясь и вспоминая, что паролем для начала игры стали мысли о безсмертии и первая буква, вписанная в клетку.

В моих рассуждениях я остановился на том, что не увидел смысла в безсмертии для себя лично, может быть, потому что не знал, что с ним делать.

Всё, к чему ты стремишься должно иметь для тебя конечный смысл...

Но почему, собственно, конечный, а не безконечный?

Что, если сейчас я просто не могу видеть истинной сути безсмертия, рассуждая о том, чего не знаю. Насколько велика вероятность того, что используя умозаключения и фантазию, можно понять истинную философию невиданной доселе сути? Как ты можешь представить то, чему не видел аналогий?

Что может сказать ребёнок, рисующий цветными карандашами о том, что будет с ним через пятьдесят лет? Сейчас я, как маленький ребёнок, пытаюсь предвидеть то, о чём даже не подозреваю. Но это значит, я всё-таки могу доказать Игроку, что мне нужно безсмертие для того, чтобы постигать безконечный смысл этого слова. Потому что, люди, покоряющие горы, начинают с маленького холма и не могут остановиться, пока не влезут на самую высокую и труднодоступную гору...

Но это же, всего лишь материальный план. Всего лишь материальные горы, поднимаясь к вершинам которых ты получаешь откровения, недоступные на равнине. Но есть ещё и другие вершины, о существовании которых мы даже не подозреваем, ибо их видно только с вершин, которые мы уже покорили.

– Ты понял, Игрок?!
– спросил я торжествующе, потому что этот вариант меня устраивал больше всего.

– Понял, - получил я ответ, - но ты ушёл немного в другую сторону. Всё это прекрасно, но зачем тебе вечное материальное тело?

– Потому что я люблю этот материальный мир и люблю его чувствовать настолько, насколько позволяет мне моё материальное тело.

– Ну, конечно... ты извлекаешь музыку, играя на пяти клавишах!
– засмеялся Игрок.
– Что ты скажешь, если клавиш будет неизмеримо больше и звук у них будет гораздо сильнее?

– О чём ты?!

– О том, что этот разговор далеко не окончен и доказательства ты мне предоставил неубедительные!

– Но...

– Не отвлекайся от дела, мой друг, а то вон к тебе гость пожаловал...или гостья.

Инстинктивно повернув голову на лёгкое движение, я увидел полупрозрачное существо, летящее в мою сторону. Оно периодически зависало, колеблясь сантиметрах в тридцати над полом, после чего снова продолжало движение. Привидение! Я так и знал! Наверняка, душа такого же, как и я, попавшего в лабиринт и превратившегося здесь в сгусток непонятной энергии. Этот человек не нашёл выхода в лабиринте и теперь вынужден вечно здесь скитаться.

Привидение заметило меня и стало приближаться с непонятными намерениями.

Что могло оно мне сделать? Я не знал ответа, так как никогда не встречал настоящих привидений, разве что в фильмах или книгах. Но в этом лабиринте я должен отбросить всю информацию, почерпнутую ранее, ибо здесь были свои правила игры.

Привидение вело себя странно. Оно меняло свои размеры, уменьшаясь при приближении, от этого было непонятно близко оно или далеко. Но всё равно я почувствовал его. От полупрозрачной фигуры потянуло холодом и подвальной сыростью. Увидев, что привидение приблизилось, я отступил, пытаясь разглядеть лицо, едва проступающее в окружающей его белой дымке. Но, вдруг почувствовал, как будто кто-то стал обдирать с меня жизнь, как ураган листья с осеннего дерева.

Это было очень неприятно, и я быстро пошёл назад, чтобы обойти его с другой стороны стены. Но холодная волна настигала меня с такой же скоростью, с какой я пытался убежать. Тогда я поднажал, и обернувшись, достал из кармана бомбу и прицелился.

– Ты не можешь меня убить, - вдруг произнесло привидение, остановившись всё же поодаль и колеблясь на месте.

От его глухого невнятного голоса по коже побежали мурашки.

– Давай попробуем?
– я подкинул бомбу на руке.