Шрифт:
– В каком -то смысле, - наконец, дерзко признался юноша.
Отец усмехнулся, он всегда уважал смелость своего незаконного сына.
– И в каком же смысле?
– Мы любим удовольствия, - пояснил Мариус.
– Умеем наслаждаться жизнью. А Аннет обречена служить своим церковным идеям... быть мученицей...
– Не преувеличивай, - поморщился пожилой граф.
– Все не так плохо. Просто тебе надо научить ее радоваться жизни...
– Нелегко это будет!
– возразил Мариус, не без внутреннего содрогания вспоминая минувшие ночи. Как такую научить радоваться?!
– Уверен, ты справишься... особенно если у тебя будет приличное занятие, которое заполнит твой чрезмерный досуг.
– Ты о чем?
– напрягся парень. Последняя "блестящая идея" отца привела к тому, что он, Мариус, теперь связан узами брака...
Оказалось, на сей раз все не так уж плохо...
– Ты станешь командиром полка, сын. Как тебе эта должность?
Мариус склонил голову набок, посмаковал. "Командир полка" звучало "вкусно", многообещающе...
– А каким образом ты это устроил?
– поразмыслив, спросил парень.
– Договорился, - лаконично ответил отец и хладнокровно добавил: - Купил тебе эту должность, если угодно.
Мариус невольно поежился, поймав устремленный на него ледяной взгляд, и выдавил неубедительный нервный смешок:
– Купил? Это нестрашно... я постараюсь доказать делом, что ты потратил деньги не зря.
– Уж докажи!
– с затаенной угрозой согласился Адриан.
Мариус промолчал, уверенный, что, как и в прошлом, проявит себя в военном деле с успехом. Да и вообще, будет, чем заняться!
– Спасибо, отец!
– торжественно и искренне поблагодарил юноша, склонив голову.
Он и правда был благодарен. Долой скуку!
Глава 4. Неопытное совращение (171... год, Англия)
– Его сутками не бывает дома. И даже когда появляется... лучше бы оставался там, где был!
– Аннет сделала неопределенный жест рукой и подавила вздох.
Она обедала у своей старшей кузины Генриетты, женщины возрастом под тридцать, которая вот уже 5 лет была благополучно замужем за маркизом де Корти. Только с ней (и еще, эпистолярно, - с Лилиан, по-прежнему томившейся в монастырском пансионе) девушка могла быть откровенной, только с ней могла делиться наболевшим... так ей казалось.
– Твой муж - командир полка, - заговорила Генриетта после паузы.
– Надо думать, его деятельность требует внимания... и времени!
Они уже пообедали и теперь пили чай в нежно-голубой гостиной двоюродной сестры Аннет. Трапезу с ними разделила старшая дочка Генриетты Эльвира, миловидная светловолосая девочка-подросток, послушная и вежливая. Ее младший брат был еще очень мал и находился на попечении нянек... Что касается маркиза, то он, подобно Мариусу, редко появлялся дома в дневные часы.
"Скоро можно отослать в пансион!" - покровительственным шепотом, с гордостью, сообщила маркиза по завершении обеда, проводив взглядом Эльвиру и напомнив Аннет собственные одинокие годы в монастыре... но спорить с сестрой девушка не стала, хотя двоюродную племянницу ей было искренне жаль.
– Я понимаю, что мой супруг человек занятой, - угрюмо согласилась Аннет, понурив голову.
– Но... даже когда он приходит домой, он чужой!
Она сказала это с надрывом, с какой-то затаенной болью, и тотчас закусила губу, пытаясь успокоиться. Излишние эмоции были у англичан не в чести... сдержанность - вот главное достоинство их нации!
Генриетта подняла брови, выражая то ли удивление, то ли неодобрение.
– Ты замужем всего-ничего, - холодновато напомнила она.
– Рано судить!
– Я понимаю, понимаю...
– со вздохом сказала Аннет, вдруг осознав, что кузина не будет ее союзником в этом вопросе... оставалось рассчитывать на Лилиан, может, хоть монастырская подруга ее не подведет?
А Генриетта, не подозревая о крамольных мыслях сестры, напыщенно продолжала: