– Пожалуй, я выберу голубое платье с белым подолом. И к нему нижнюю юбку с фижмами и корсет, - торопливо, словно боясь передумать, сказала Аннет деланно безразличным тоном.
– И какие-нибудь аксессуары....

Если Марта и удивилась стремлению госпожи прихорошиться нынче вечером, то виду не подала. Наоборот, кивнула и совершенно спокойно спросила:

– Могу я предложить вам жемчужный комплект? Жемчуг прекрасно гармонирует с тем платьем!

– Пожалуй...
– задумчиво протянула Аннет, вспоминая упомянутый комплект - нить жемчуга и жемчужные же сережки, украшения не слишком торжественные и вполне подходящие для семейного ужина... тем более - столь значимого ужина! Девушку невольно взяла досада, что Марта так легко нашла решение для образа госпожи и тем самым подчеркнула свой утонченный для простолюдинки вкус.

"Нет, я определенно схожу с ума!" - мысленно повторила Аннет, разозлившись на себя. Что ей за дело до этой девицы, всего лишь камеристки? Она никто и останется никем... даже если побывает в постели своего хозяина!..

"Неужели меня именно это расстраивает?
– удивилась Аннет, вглядываясь в собственное насупленное отражение.
– Неужели я ревную?"

Аннет не хотелось в это верить, не хотелось признавать, что Мариус не совсем уж безразличен ей...

* * *

Мариус действительно в этот вечер пришел ужинать домой. Можно было, конечно, провести время в компании друзей, они звали его отдохнуть от "трудов тяжких", но молодой командир полка не без сожаления отказался. Он не видел Аннет несколько дней и хотя нисколько не соскучился, полностью игнорировать молодую жену считал невежливым.

Мариус пришел мрачный, как грозовая туча, обозлённый собственным же решением. Ему очень хотелось сорвать на ком-нибудь дурное настроение, и он заранее предвкушал, как набросится с упреками на супругу... наверняка найдётся за что!

И, пожалуй, он бы так и поступил, однако Аннет с первых мгновений обескуражила его, буквально ввела в ступор.

Она уже ждала в столовой, а при его появлении тотчас вскочила, раскрасневшись и как будто обрадовавшись, - что само по себе было подозрительно. И все-таки не это удивило Мариуса, вернее, - не только это. Куда больше его поразило преображение супруги. Нельзя сказать, что она вдруг стала красавицей, но похорошела - однозначно. В светло-голубом платье с подчеркнутой талией, с изящно уложенными волосами, порозовевшая от смущения, девушка была весьма мила... неужели всё это проделано ради него? Подобная мысль Мариусу польстила...

– Рада видеть вас, милорд...
– пробормотала Аннет, пока Мариус ошеломлённо и не без восхищения рассматривал её. Нескрываемое одобрение в его взгляде воодушевило девушку, она распрямила плечи и немного расслабилась.

– Мариус, - отрывисто напомнил он.
– Меня зовут Мариус.

– Мариус...
– с усилием повторила она, встречая его взгляд.

Они несколько секунд смотрели друг на друга с каким-то особенным чувством, а потом одновременно отвели глаза. На пару минут повисла неловкая пауза...

– Выглядит вкусно, - кашлянув, заговорил Мариус, причем сказал первое, что пришло в голову, просто, чтобы нарушить затянувшееся молчание, и оглядел безукоризненно сервированный стол.

Аннет неуверенно улыбнулась в ответ.

– У нас хороший повар...

Они снова замолчали. Мариус принялся за еду, то и дело с любопытством поглядывая на жену и гадая, к чему бы все это... а она, вяло ковыряясь в тарелке, не смела поднять взгляд и покусывала губу, проклиная собственную не красноречивость. Вот и опять ужин завершается в тяжелом молчании, и все старания насмарку!

В каком-то отчаянии Аннет отложила вилку и нервно сказала:

– Сегодня душновато, правда?

– Тебе жарко?
– немного удивленно спросил Мариус, подняв брови. Вечер был осенний и зябкий.

Аннет покраснела, поняв, что ляпнула глупость. Поспешно добавила:

– Не то чтобы жарко... я просто волнуюсь.

– Волнуешься?
– прищурился парень. По его губам скользнула улыбка, он начал понимать куда клонит молодая супруга. Судя по всему, ее старания - неумелые попытки как-то очаровать его... или даже соблазнить...

Граф выпрямился, весьма удовлетворенный. Приятно было сознавать, что его чары, его мужской шарм наконец-то подействовали. Вот и эта не устояла - несмотря на свою скованность и природную холодность!

Решив подыграть Аннет, Мариус подался к ней, сказал приглушенно, интимно:

– Я согласен с вами... миледи. Вечер душный... мне тоже жарко...

Его рука скользнула по столу к ладони Аннет, сжала ее тонкие пальцы. Девушка вздрогнула, однако кисть не отняла, только задышала чаще. Мариусу хотелось верить, что на сей раз это признак возбуждения...