Софи надеялась, что Киф был достаточно далеко и не мог сказать, что она на самом деле считала эту идею увлекательной. Советник Бронте научил ее, что причинение основывалось на эмоциях, идущих из ее сердца... а Фитц видел эмоциональный центр в ее мозгу. Так означало ли это, что человек может чувствовать разные вещи в разных местах?

Ладно, я тут! передал Фитц, заставив ее подпрыгнуть. Прости, я думал, что ты можешь чувствоваться, как я проскальзываю.

Нет. Я никогда не знаю, что ты там, пока ты что-нибудь не скажешь. А как это для тебя? Она протянула свое сознание, пока не смогла услышать его мысли. Ты почувствовал это?

Хотелось бы. Я всегда ловлю всех остальных. Мой прошлый Наставник сказал, что я когда-нибудь должен стать Хранителем. И тот факт, что ты можешь проскользнуть мимо меня, означает, что ты будешь отличным Зондировщиком.

Ха. Я всегда думала, что я - Хранитель, с тех пор как, ну ты знаешь, секретная информация была имплантирована в мой мозг и все такое.

Ну, я вполне уверен, что ты сможет быть любой. Это способ заставить нас всех выглядеть плохо.

Софи улыбнулась.

Если мы будем Когнатами, мы же должны быть разными?

Думаю, обычно это так работает. Знаю, это было так для моего папы и Кинлина.

Они - Когнаты?

Были. Пока они не сделали разрыв памяти Прентиса. Кинлин сказал моему папе позже, что он не хотел делать это, и это превратилось в эту большую борьбу.

Ха, когда твой папа привел меня в Атлантиду, чтобы познакомить с Кинлином, они выглядели как друзья.

Они справились с этим в конечном итоге. Но они не смогли вернуться и снова быть Когнатами. Доверие между ними было нарушено, так как Кинлин доказал, что что-то скрывал.

Софи поерзала на месте.

Ничего себе, тебя так пугает необходимость поделиться всем, а?

Это ведь не пугает тебя?

Не совсем. Ты уже знаешь о мистере Обнимашкине.

Софи рассмеялась.

Да, но мистер Обнимашкин - лучший.

Фитц признался о блестящем плюшевом драконе, без которого он не мог спать, в одном из упражнений на доверие. Он даже принес его к ней домой, чтобы ободрить ее.

Ты взял его сюда? спросила она.

Конечно! Посмотрим, сколько времени пройдет, прежде чем Киф поймает меня.

Ты не беспокоишься, если он все-таки это сделает?

Думаю, что буду. Я потратил вечность, чтобы найти ему хорошее укрытие. Но сейчас... я не знаю. Есть куча всяких вещей, о которых нужно волноваться, и это немного трудно, не так ли? Я имею в виду, мы готовимся ворваться в Изгнание.

Эти слова заставили ее вздрогнуть.

Так что ты скажешь? спросил он.

Что ты имеешь в виду?

В смысле, почему ты просто не скажешь, что ты супер смущена, и покончим с этим. Разве это не облегчение?

Или это может быть самая большая беда на свете... это зависит от того, как он к этому отнесется.

Как я отнесусь к чему? спросил Фитц, напоминая ей, что он мог слышать ее мысли.

Да ладно, попросил он, когда она решила снова взять контроль над своим разумом. Я обещаю, что это ничего не изменит.

Но это не так.

Это изменит все.

Ладно, убедил он. Все, что ты должна сделать, это поверить мне.

Софи отвела взгляд, ее мозг переполняли мысли, сердце бешено стучало, и она была уверена, что скоро взорвется.

Как насчет того, чтобы просто выпалить это на счет три? надавил Фитц. Ты можешь это сделать. Вперед.

Один...

Два...

– Ребята, вы там в порядке?
– спросил Киф, прямо в тот момент, когда Фитц передал «три».
– Эмоции Фостер серьезно подскочили.