"Хреново, - подумал Шурик, - не вовремя огуляли." - А ты что-нибудь по английски помнишь?

–  Ага.

–  Что?

–  ЙЭС. И еще это - ОФ КОС.

–  Хм. А почему именно это?

Миронов улыбнулся:

–  Да это у нас такая программа была. Она нас что-нибудь спросит по английски, а мы ей -"ЙЕС, ОФ КОС!" Она нам всем за это четверки и ставит.

–  Так значит, ты - четверошник?

–  Нет, - вздохнул Миронов, - я - троешник.

–  То есть - не знаешь -… -…ничего, - заключил Миронов. И жалобно посмотрел на Шурика.

Шурик погрыз конец ручки и задал следующий вопрос:

–  Записная книжка есть?

–  Есть. У кого - ж ее нету?

–  Доставай. Бери свою книжку, открывай свободную страницу, пиши печатными буквами.

Миронов беспрекословно подчинился.

Шурик с отвращением диктовал Мирону текст песни. Произношение английских слов с вятским акцентом его угнетало и веселило одновременно. В конце концов это нелегкое дело было завершено и вспотевший Миронов с облегчением выдохнул:

–  Все!

–  Да нет, не все, - холодно поправил его Шурик.

–  А что еще?
– испуганно вскинул на Шурика глаза Миронов.

–  Учить теперь все это будем, - безжалостно вымолвил Шурик, внимательно наблюдая за реакцией Миронова.

Миронов напугался еще больше. Он сглотнул, ошарашенно шаря глазами по написанным непонятным словам, и искоса взглянул на Шурика.

–  Вот это все - учить?!

–  Учить.

–  Наизусть?!

–  Точно.

–  Зачем?!
– этот вопрос вырвался у Миронова из самой глубины его вятской души.

–  А хочется так, - спокойно сказал Шурик, увлеченно вертя в руках ручку, - А не выучишь - заморю. Кроме шуток.

Миронов кивнул. Упрямство и настырность Шурика давно уже стали на Кроне ходячим анекдотом, а его эпопея ругани с Замполитом и самим Папой сделали его попросту легендарной личностью.

–  Я тебя проверять буду, - ядовито сказал Шурик, - Перед сном. Как ляжем в постель, так и буду проверять. Ты, давай, ложись теперь на соседнюю койку. Голова к голове. Я тебе честно говорю: Я с тебя не слезу. Учи лучше сам по себе. К вечеру, чтобы первые восемь строк знал. Или если что не по моему - будешь полночи отжиматься. Все, никуда до отбоя не уходи - сиди учи.

В тот вечер Миронов конечно же не выучил восьми строк, и добрых полчаса отжимался от пола возле постели. Но самым страшным для него оказалось другое. Получив наказание по физической части, он упал в постель, и Шурик, лежавший, как и было сказано, голова к голове, заставил его долго и упорно повторять за ним слова песни. В конце концов сон сморил обоих.

Подобная картинка теперь стала повторяться из вечера в вечер, и к исходу уже первой недели Миронов выучил всю песню наизусть. Следующая неделя была посвящена отработке произношения и попыткам придать речитативу Миронова хоть мало - мальски музыкальное звучание. Миронов, пообуркавшись в общении с Шуриком, ни в чем тому не перечил, но и не стеснялся высказывать свое мнение вслух.

–  Ненавижу английский, - откровенно сказал он Шурику в четверг первой недели.

–  Имеешь право.

–  И тебе, Шура, тоже.

–  Ха! А я и не рассчитываю на твою любовь.

–  Толку взять не могу, Шур. Ну на хрена тебе это?

Шурик без утайки рассказал Мирону об идее фестиваля английской музыки.

Миронов покачал головой.

–  Ну-у, Шура. Делать вам нечего…

–  Да, согласился Шурик, - нечего. Предлагаешь пить вино и ездить к проституткам в Дружбу? Не проходит. Я предпочитаю совершенствовать собственное знание английского языка. И считаю, что делаю благое дело, приобщая тебя, так сказать, к этому в высшей степени благому занятию. Я прав?

Миронов жалостно поглядел на Шурика.

–  Я тебе другое скажу, Шура. Вот ты уволишься, придет новый солдат, ляжет на твое место, и тогда - Ух, как я на нем оторвусь.

–  За что?

–  За то, что спит на том месте, где ты спал! Я его заставлю, скотину, вятские частушки учить! Скажу - не выучишь - убью.

Шурик хихикнул.

–  Хорошая идея. А чтобы это хорошее дело не пропало даром, устрой в бане фестиваль вятской народной частушки. В мою честь. Хорошо?

Миронов с нескрываемой досадой посмотрел на веселящегося Шурика:

–  Йес!

Фестиваль в бане прошел " на Ура ". Шурик думал, что он надорвет живот, слушая как голый Миронов исполняет "RADIO GA GA". Следующим номером выступал подслеповатый Африканыч все в том же костюме Адама. Африканыч пел тоже конечно из репертуара "Queen" - "Мы чемпионы". Он противно выл, приподнимая ногу:

–  Ви-ии-и А зе чем-пьенс, ма френд!

Шурик смеяться уже не мог, и только кудахтал вместе с Ионовым, Максом и выполнившим свою программу Мироновым. Присутствовавший тут же Максов Универсидядька грустно взирал на происходящее, понимая, что следующим номером на этой импровизированной эстраде будет вокализ в его исполнении.