В Золотом Листе осталось всего пятеро бойцов и темная волшебница, все еще окруженная пятнадцатью костяными стражами стояла и смотрела на них. Вернее, смотрела она на Гадриэклию, причем очень недобрым взглядом.

— Инье кен’лэ нолвэкуэтта алта кахарве сэ, - шепнул Сардарлионар чародейке, пододвигаясь поближе к ней. Остальные эльфы встали полукругом позади них.
– Тайта’сина кар. Анил’Гавин, лэ эрта-сулка лэ, Фолиндэ а Гариэклиа эт кемен. Элмэ ла лав-синаранки даг’элье. Эовимбор а инье варья-элье. (эльф. «Похоже, твое заклинание ее неслабо задело… Продолжай в том же духе. Анил’Гавин, привяжи себя, Фолиндэ и Гадриэклию лианами к земле. Мы не можем позволить, чтобы эти руки утащили вас. Мы с Эовимбором будем вас прикрывать.»)

— Инье йеста’Мелодиа хери на’смиен… (эльф. «Хотела бы я, чтобы госпожа Мелодия была здесь…») - вздохнула Гадриэклия.

— Инье йеста’сина… (эльф. «Да, я тоже хотел бы…») - пробормотал Сардарлионар.

— Элье атта… кар’сина, йэ? (эльф. «Вы ведь… того, да?») - полюбопытствовала чародейка, хотя момент был явно не самый подходящий.

— Йэ… - подтвердил витязь.
– Ай инье апалумэ койрэа, йеста’мента илкуэн аксани ми норна фелья а веру сэ. (эльф. «Ага… Если выберусь живым, пошлю все законы к гномам в пещеры и женюсь на ней.»)

В этот момент темная волшебница, видимо, окончательно оправилась от своего ранения и бросилась в атаку. Сорвавшись с места так быстро, что для неподготовленных глаз это выглядело, как телепортация, она помчалась к Гадриэклии. Но ее передвижения не остались незамеченными — Сардарлионар во мгновение ока разогнался до той же скорости, что и некромантка, и преградил ей путь.

— Ла кэ (эльф. «Нельзя»), - сообщил он, останавливая ее клинок своим. Он впервые оказался с этой женщиной лицом к лицу. У нее были темные кудрявые волосы, зеленые глаза и бледная кожа. Даже сейчас, во время боя, выражение ее лица было умиротворенным, а не яростным.

— Иньеке (нечетк. эльф. «Мне — можно»), - в тон эльфу отозвалась некромантка, отбрасывая его клинок своим. Она взмахнула свободной рукой и все вокруг заволокла тьма. Это был Покров Тьмы — и эльфы, которые немало знают о темной магии, хотя среди них и нет некромантов, сразу опознали заклинание.

— Илкуэн усвэ фанья! (эльф. «Всем выйти из облака!») - скомандовал Сардарлионар, понимая, что в темноте он не сможет отследить движения темной волшебницы и прикрыть чародейку. Остальные подчинились его приказу и бросились в рассыпную, но когда они вновь собрались вместе за границей темного облака, оказалось, что выбрались все, кроме Гадриэклии. Некромантка вновь переиграла их, заранее спланировав, как будет действовать внутри облака — Сардарлионар был почти уверен, что это проклятые костяные руки отыскали юную чародейку и помешали ей выбраться.

— Кэллет василас нэта… - тихо выругался витязь. Черный туман развеялся и напротив четверых эльфов вновь оказался строй скелетов. Сардарлионар уже в который раз оказался напротив скелета с мечом из хвоста ящера. И сейчас, блокируя его удар, он заметил то, чего не замечал раньше — скелет был левшой… в отличие от трех предыдущих раз, когда Сардарлионар сражался с ним. Тут-то витязь и понял, в чем именно состояла способность некромантки, а заодно и то, как ему выиграть этот бой. Обернувшись на товарищей, он осознал, что предупредив их, сразу же раскроет врагу свой замысел. Оставалось надеяться, что у них хватит ума, чтобы не продолжать бой втроем и прыти, чтобы оторваться от скелетов и выжить.

— Аута (эльф. «Отходим»), - бросил Сардарлионар через плечо и при следующем ударе позволил скелету пронзить свою грудь в паре дюймов от сердца. Это было именно так больно, как он и предполагал — если бы не действие заклинания товарищества, он бы и вовсе не пережил этого удара. Истекая кровью, эльф рухнул на землю. Кто-то (кажется, Фолиндэ) окликнул его, но он заставил себя лежать молча. Зажав рану рукой, он не шевелился и старался не дышать. Как и предполагал витязь, в разгар боя никто не озаботился его добиванием, и скелеты просто перешагнули через него и двинулись дальше, преследуя его отступающих товарищей. В конце концов, на опушке остались лишь некромантка и два скелета-стража.

«Сина лу» (эльф. «Самое время»), - решил Сардарлионар и тут с ужасом осознал, что не сможет подняться на ноги. Заклинание товарищества сберегло его от смерти, но у него не оставалось сил, чтобы продолжать бой.

«Син аласайла килмэ, - отругал себя эльф, но в этот момент его сердце екнуло и он почувствовал себя намного лучше.
– Йандо намомма куалин? Йур’синамен, аласали, йур…» (эльф. «Как глупо получилось… Еще кто-то из наших погиб? Бегите, дураки, бегите…»)

Еще один бешенный удар сердца — и его тело стало легким, как пушинка. Третий — и Сардарлионар, последний воин Золотого Листа, в двенадцать раз более сильный, чем в начале боя, поднялся на ноги и подобрал свой меч.

— Ама, - восхищенно выдохнула темная волшебница, поворачиваясь к нему.
– Етаненде ундуле, ле энтаве луту нел кати леяр. Манен ле ке махтаси? (нечетк. эльф. «Ого… Судя по размерам лужи под тобой, ты потерял как минимум три четверти своей крови. Разве можно сражаться в таком состоянии?»)

— Тенья’сина лэ хелма! (эльф. «А ты сама попробуй!»), - предложил ей эльф и бросился вперед, разгоняясь до скорости, втрое больше лошадиной. Мастера стиля Эл’дэрал’нагил могли замедлять свое восприятие времени, так что Сардарлионар был способен не только передвигаться, но и сражаться на такой скорости. Костяные руки высовывались из под земли, чтобы схватить его, но он отскакивал в сторону задолго до того, как они успевали сжать свои ладони. Скелеты-воины шагнули вперед, чтобы прикрыть свою госпожу. Скелет с мечом из хвоста ящера, на котором еще не обсохла кровь Сардарлионара, как всегда стремительный, прыгнул вперед замахиваясь. Эльф позволил ему пронзить свой живот, а затем просто отсек костяному воину кисть, тем самым оставляя его оружие в себе. Второго скелета эльф рассек напополам, когда тот занес топор для удара. У ног некромантки тут же начал появляться из земли другой скелет ему на замену, но витязь просто с разбегу взбежал ему на спину, оттолкнулся от него ногами и прыгнул на темную волшебницу, занося меч для удара.