К слову, денег у них тоже не было. Но как раз эту проблему Бен мыслил наименьшей из всех, даже если Калриссиан откажется помогать им. Главное — не натолкнуться на существ, невосприимчивых к чарам Силы.

Рей досадливо фыркнула в ответ. Она знала законы криминальной среды, многие из которых — особенно во Внешнем кольце — шли именно от хаттов. Возможно, Бен прав, и Нал-Хатта — главная планета хаттов, на одну из лун которой они сейчас и держат путь, — это именно то место, где можно сделать все «быстро и чисто», «без лишнего шума», как любят говорить в тех краях? Однако его задумка все равно была ей не по душе. Да и как может прийтись по душе такое?

Она попыталась прибегнуть к последнему средству.

— Ты говоришь, что делаешь это ради матери. Но подумай, каково ей будет узнать, что ты с собой сотворил?

Зная, что ее сын пошел на это ради ее спасения, Лея просто возненавидит себя. Рей поставила себя на ее место — она бы точно возненавидела.

— Дело не только в ней, — возразил Бен с неожиданной пылкостью. — Это моя судьба, Рей. Нравится это моей матери или нет, но все так и есть. Сила выбрала меня, как выбрала когда-то моего деда, и Люк Скайуокер это знал. Когда-то он предал меня и продал Рэксу, но сделал он это не просто так.

Бен понимал, что, коль скоро он назвался священной жертвой и наследником Избранного, так, стало быть, надо идти до конца. А идти до конца означает одно — уничтожить Галлиуса Рэкса, разделаться с ним раз и навсегда.

Он пока не понимал только одного — как, хатт побери, вяжется с этим его предназначением появление в его жизни Рей, их внезапно вспыхнувшие чувства и скорый брак. Он не понимал. Однако был уверен, когда речь идет о воле Силы, случайностей не бывает и быть не может. А значит, стоит лишь довериться ей. Бен действительно в это верил, он ни капли не кривил душой.

— Рей… — он дотянулся рукой до ее маленькой, упрямой головки и ласково пробежался пальцам по волосам, успокаивая одновременно и ее, и себя самого.

Неужели она думает, что это решение далось ему легко? Неужели полагает, что он просто так взялся кромсать себя сегодня? Если бы у него была надежда обойтись без этих крайних мер, разве он отказался бы? Но, возможно, в этом и заключается очередной урок смирения, который Сила уготовала ему? Бен давно понял, что для достижения цели приходится жертвовать чем-то важным. Чаще всего у победы горький привкус. Оба его учителя — каждый по-своему — пытались донести до него эту истину. Он научился жертвовать другими — даже собственным отцом. Но сейчас от него требовалось самому добровольно лечь под нож. Где-то на краю сознания он, вероятно, с самого начала знал, что эта возможность существует, и если до сих пор не подумал о ней, то лишь потому что ни один человек в здравом уме не решился бы на такое.

«Без тебя мне не справиться, Рей. Неужели ты не видишь, мне самому отвратительна даже сама эта мысль. Но как быть? Ты ведь прекрасно знаешь, что мне плевать на Республику и демократию. Пусть Рэкс забирает всю галактику, пусть подавится ею! Однако он не успокоится, пока не найдет нас. Он будет пытать мою мать, чтобы заставить нас явиться к нему. Я должен обезопасить всех — и ее, и нас с тобой…»

Как она не поймет, что он в отчаянии — и только от отчаяния готов пойти на то, на что ни за что не пошел бы в иных условиях, даже под угрозой остаться паралитиком до конца дней? Именно сейчас, а не там, на полу у освежителя, ему нужна была ее поддержка, ее, если угодно, треклятое сострадание.

Трудно сказать, что повлияло на Рей в большей мере — упоминание об угрозе, нависшей над головой генерала Органы, мысленная мольба Бена или его горящий упрямством взгляд; этот невероятный взгляд бархатных глаз, от которого у нее и сейчас, как и когда-то на «Старкиллере», бежали мурашки по телу, — однако уже в следующее мгновение она смягчилась. Враждебное выражение ее лица сменилось обреченным.

Она отдавала себе отчет в том, что они оба еще пожалеют о сегодняшнем своем заговоре — и скорее всего, пожалеют довольно скоро. Но вместе с тем давно знала, что если уж Бен Соло вбил что-то себе в голову, он обязательно осуществит это — с поддержкой жены или в одиночестве, но сделает, что задумал.

— Надо поговорить с Лэндо, — наконец угрюмо пробормотала Рей.

Как будто от этого что-то зависело. Как будто Лэндо еще мог отговорит Бена от сумасбродной затеи.

========== Глава XXVII ==========

Бен Соло знал то, чего не знала Рей. По долгу службы Кайло Рену приходилось слышать о тайнах прошлого гранд-адмирала Рэкса — прошлого, которое стало настоящим. Бен знал об экспериментах над живыми людьми, о создании полуроботов — «искусственных солдат»*, как их называли прежде. Сейчас в Первом Ордене предпочитали говорить «киборги».

Киборги.

Стоит вдуматься в это слово, чтобы разглядеть весь цинизм и всю безнравственность тех, кто считает возможным использовать его. Такую топорную подмену понятий любой мыслящий человек сочтет оскорбительной для своего ума. Киборгами чаще всего называют тех, кто носит механизированные протезы, только и всего. Дарт Вейдер, его дед, Квимаен джаи Шилал, более известный как генерал Гривус, о котором Бен читал еще в детстве, наконец, печально известный Дарт Мол — вот кто перво-наперво приходил на ум ему и, наверняка, другим тоже. Но «искусственные солдаты» — это нечто другое; нечто, никак не соотносящееся с общими представлениями о киборгах. Это омерзительная попытка подчинить само человеческое сознание, заменить его искусственным разумом.