– Эй! Вы куда? – игриво выкрикнула Ино с верхней ступени террасы.

– Ещё десерт! – добавил подоспевший Киба, сверкнув белозубой улыбкой.

– Срочное задание, – бросил Шикамару через плечо. – Пятая велела снарядить команду в Суну.

– В Суну? – На безмятежно-счастливом лице проскользнула тень тревоги, Ино подхватила шёлковые полы кимоно и спустилась по ступеням, вмиг посерьёзневший Киба последовал за ней. – Что-то случилось? – Взгляд светло-голубых глаз перескакивал с одного сосредоточенного лица на другое.

– Хокагэ велела срочно прибыть в её распоряжение Неджи, Сакуре и Ли, чтобы получить подробные инструкции и направиться в Суну. Похоже, Песок подвергся нападению Акацки. Ранен Канкуро, – быстро объяснил Нара.

– Акацки? – глаза Ино расширились, девушка нервно сглотнула.

– Канкуро? – уточнил Киба. – Чёрт! Я же говорил, надо было звать его на свадьбу, а ты: «Далеко, далеко»… – пробормотал он, нахмурившись и сжав кулаки.

– Канкуро-доно… он… – взволнованно пролепетала Яманака. – Как он?

– Мы не знаем подробностей, – отрезал Шикамару. – Продолжайте без нас, – добавил он чуть мягче, положив руку на вздрогнувшее плечико Ино, и вышел за ворота.

Ли и Неджи последовали за ним, Сакура задержалась на доли секунды, бросив встревоженный и сочувственный взгляд на подругу, затем вышла, притворив за собой ворота. Ино медленно развернулась и пошла к дому, всё ещё сжимая в кулаке складки праздничной одежды. Яманака никогда не верила в предчувствия, но то самое смутное чувство тревоги, которое беспокоило её сегодня утром, теперь стало совершенно чётким и почти осязаемым.

Шикамару провожал спешно собравшуюся команду у ворот Конохи. Дав последние указания и советы относительно предстоявшего им пересечения пустыни в полуденную жару и сунув в руки Неджи, назначенного командиром группы, сопроводительное письмо от Хокагэ, которое надлежало передать лично в руки исполняющей обязанности Кадзекагэ Темари, Нара спрятал руки в карманы и задумчиво посмотрел в пыльную даль дороги.

– Удачи. Ждём от вас хороших новостей, – проговорил он наконец.

– Мы успеем вовремя, Шикамару-кун! – бодро проговорил Ли, вытянув вперёд руку с поднятым вверх большим пальцем и сверкнув белозубой улыбкой.

– Пришлём сокола, как только доберёмся, и по результатам, – кивнул Неджи, и они втроём сорвались с места, взяв курс на запад.

Шикамару устало побрёл назад. Возвращаться в дом Яманака не было совершенно никакого желания, поскольку настроение веселиться прошло, да и кусок в горло не лез. Поразмыслив пару минут, Нара взял курс на свое «задумчивое место» на крыше одного из высоких домов. Ему нужно было успокоиться и проанализировать ситуацию, и никто не смог бы помочь ему лучше, чем старые друзья – облака.

Рассматривая причудливые очертания проплывавших по голубому небу пушистых белых островков, Шикамару пытался разрешить свою дилемму: только что он едва не получил выговор от Хокагэ за то, что убеждал её включить лично его в команду, которая отбывала в Суну. Убеждал яростно, с той степенью настойчивости, на которую только был способен. Убеждал, несмотря на то что сам считал эту идею совершенно безосновательной, глупой и абсолютно бесперспективной. Он не был медиком, как Сакура, не обладал выносливостью Ли, у него не было Бьякугана, как у Неджи, позволявшего замечать любую опасность на большом расстоянии и видеть каналы чакры. Он ничем не смог бы помочь в Суне. Он был хорошим стратегом, который понадобится Конохе в случае неожиданного нападения Акацки. Решение Хокагэ было взвешенным, продуманным и, несомненно, правильным. Команда была сформирована идеально. Но в ней не было его, Шикамару.

Причину собственной недальновидности и неожиданной вспыльчивости он понял сразу: он чувствовал насущную потребность поддержать Темари. Нара прекрасно помнил это чувство, которое он впервые ощутил, сидя в больничном коридоре у палаты умиравшего Чоджи, после его первой самостоятельной миссии в качестве командира группы. Пугающая неизвестность, серый липкий страх, противно склеивавший все внутренности, и абсолютная беспомощность, невозможность удержать в руках ускользающую тонкую ниточку, связывающую родного, дорогого человека с этим миром. Он плакал тогда. А она была рядом и поддержала его в своей резкой, прямой, но крайне действенной манере.

Шикамару знал наверняка, что сейчас Темари не плакала. Не плакала, пока могла действовать, пока у фигур на доске для игры в шоги оставался хотя бы один ход, пока не объявлен мат. У неё была удивительная способность не сдаваться до конца, которая так ему нравилась. Шикамару знал, что Темари не плакала, но всё равно хотел быть рядом, чтобы поддержать и успокоить.

Сакура в очередной раз удивилась, как резко переходит лес в пустыню на границе Стран Рек и Ветра. Перед ней расстилалось безбрежное песчаное море, над которым слоился раскалённый до дрожащего марева воздух. Срочное задание не давало возможности выбрать удобное время для пересечения песков. Они провели в дороге уже почти сутки, останавливаясь только на короткие привалы не более получаса, чтобы поесть и перевести дух. А самую опасную часть пути по бесконечным барханам им предстояло проделать под нещадно палившими лучами полуденного солнца.