– Проклятие! Черт! Черт! Черт! – горящие ненавистью глаза приобрели темноватый оттенок, а зрачки расширились. Рыцарь пришел в ярость. Увернувшись от грозящего острия, еретик нанес одному из нападающих удар локтем по лицу. Орион мгновенно утратил равновесие и повалился к ногам безоговорочного победителя, который уже поднял руки в качестве извинения. Гнев все еще клокотал внутри, но солдат пытался все исправить. – Достаточно.

Хойт, впавший в лёгкую панику из-за обезоруженного друга, ринулся напролом. Сам лорд с фиолетовым кружочком в центре грудной клетке, прикрылся рядом стоящим графином, при этом оттолкнув недальновидного соперника. Предостережение явно не действовало на безрассудный отряд самоубийц. Тяжело вздохнув, Пуль отбросил фамильную ценность дома Тиреллов на значительное расстояние, дабы обезопасить свое дальнейшее нахождение здесь. Выругавшись сквозь плотно сжатые зубы, юный носитель золотистой розы в гербе одарил своего предполагаемого убийцу взглядом, полным презрения.

– Послушайте, между нами явно возникло недопонимание, - опершись о край стола с острыми углами, морально истощенный безбожник помотал головой, будто отгоняя нежеланные мысли. Внезапно он заметил несшегося во весь опор защитника с оружием наперевес. Зарычав от негодования, вассал Севера ринулся навстречу очередному нежелательному противнику. Повалив Бузолика на пол при помощи одного ловкого наскока, взбешенный приспешник Волка не сдерживал свою взрывную натуру. – Да вы что, издеваетесь? Повторяю еще раз и, надеюсь, последний: я вам не враг!

– Неужели? – поинтересовался до боли знакомый тон, вынудивший Хойта привстать на полусогнутых. Конечно, дядя подоспел вовремя, иначе не могло быть. Приставив острый конец к затылку не успевшего сбежать преступника, он сохранял полнейшее хладнокровие, - Теперь заткнись, брось оружие и медленно повернись ко мне лицом, чтобы я мог видеть тебя. И без глупостей, приятель, - клинок с грохотом упал на пол, а его владелец исполнил приказ командира роялистов. Мозер, за долгие годы привыкший ко всему, на сей раз резко отшатнулся, стоило незнакомцу развернуться. – Венедикт? Какого черта? Что ты тут делаешь?

– Это долгая история, наполненная непредсказуемыми сюжетными поворотами. Еще и с твоей излюбленной мстительной подоплекой, - все еще не рискуя опускать руки, Пуль смиренно наклонил голову вперед. Оглянувшись, он поймал на себе злостные и враждебные взгляды, – Прошу прощения, они отказались меня слушать и пытались атаковать вдвоем. Я постараюсь объяснить, если ты уберешь меч от моего лица, будь любезен, - получив желаемое, воин облегченно выдохнул. – На протяжении полугода я следовал за так называемым Лидером и исполнял все его указания. Делал ли я что-то, что заслуживает виселицы? Да. Убивал ли я невинных? Да. Сжигал ли поселения? Да. Один раз мне довелось совершить увлекательное путешествие вниз по реке из-за неправильных слов. В общем, я пережил все ради одного только шанса отомстить им за содеянное. Мы с вами в одной лодке. Все-таки, именно благодаря мне этот чертов мост упал, а вы смогли проникнуть в крепость. Может, я и не заслуживаю звание героя, но чужим доверием не пренебрегаю. Во всяком случае, вы не сделали ничего, что могло бы заставить меня развернуть против вас целую кампанию.

***

Валивший из бастиона дым стремился к небесам, застилая все вокруг. Потрясенный Клиган, испросив разрешения покинуть двоих ветеранов, ударил норовистого коня по бокам, в результате чего тот рванул по вымощенной дороге на полной скорости. Оставшиеся наедине мужчины, один из которых потерялся во временных рамках, не стали продолжать путь. Лукас просто разлегся на щекочущей кожу травке, при этом ностальгируя о минувших днях молодости. Скотт аккуратно спешился, придерживая мустангов за уздцы. Впрочем, те не собирались бежать от сочных лугов, посему были предоставлены сами себе.

Сорвав растущий неподалеку одуванчик, старик Талли покрутил им перед собой, не замечая бегущих из замка людей. Трупный запах не терзал ноздри, а слезившиеся глаза не заостряли внимание на стае ворон, обгладывающих останки. Миловидная и вполне невинная картина. Но лорда это, казалось, не интересовало. Для него только что, буквально пару дней назад, закончилась трехлетняя война с Таргариенами. Он узнал о победе своего зятя и о рождении первого внука. Омут памяти постепенно, не видя иного выхода, разрушался под давлением пережитых ужасов. Он был молодым и свободным. Как и та девушка из бесконечных снов.

– Жаль, что Аманда не видит этой красоты, - пробормотал солдат, жадно глотая весь пропитанный смрадом воздух. Но для него, медленно покидающего этот мир, воздух изобиловал мечтами. Кожаная чешуйка, представляющая собой верхний слой самой кольчуги, серебрилась на солнечных лучах. Там, вдали, реял сине-красный флаг. – Да, очень жаль, ей бы понравилось. А ты, Скотт? Ты видишь эту красоту? Впечатляет, а? Как здесь красиво.

– Несомненно, милорд, - произнес Блэквуд, облокотившийся о невысокий холм. Он не лишился ни обоняния, ни слуха, однако солгал. В другой реальности у него еще есть зрение. Нащупав похолодевшую руку легендарного полководца, Скотт понял, что все кончено. Вырвавшийся наружу стон оповестил незримых призраков о прибытии еще одной праведной души. – Очень красиво.

Его заветная мечта не исполнилась. Он не умер в теплой постели, в окружении своих многочисленных внуков и детей. Он был любящим отцом, но не познал родительской гордости. Был хорошим другом, но не получил в ответ преданности. В конце концов, он был одним из величайших крестоносцев своего времени. Однако не сумел продержаться дольше отведенного часа. Он умер в одиночестве, сжимая руку жалкого слепца и немощного калеки. Достойный человек, потерявший дом и семью. Тем не менее, он обрел желанный покой на Той Стороне. Неважно, попал он в Рай или Ад. С ним будут верные соратники, погибшие много лет назад, с ним будет жена, покинувшая его не по своей воле. О нем позаботятся. В этом нет сомнений.