— А ещё это артефакт способный задавать загадки, разве он не отлично подходит Рэйвенкло? — усмехнулся Хопкинс невольной жадности декана этого факультета.

— А вдруг студенты не смогут их отгадать? — нашла новый аргумент Меррисот. — Они же останутся в коридоре!

— Не думаю, что самый умный факультет останется без ночлега…

— Я против!

— Галатея, в этом есть и плюсы, — послышался голос позади неё; в дверях появился Альбус с зажатой в руках коричневой папкой. — Вашу награду будут видеть все рэйвенкловцы, разве это не повод для гордости?

— О, Альбус, и вы туда же? Не забывайте, что в школе могут появиться и мародёры, которым может приспичить испортить или украсть моего орла! Вы что, не помните, что стало с бюстом Патрика Невозмутимого?

— Ну-ну, Галатея, это всего лишь досадная случайность…

— Послушайте профессора Дамблдора… — но Хопкинс замолчал, получив угрожающий взгляд от профессора Защиты от Тёмных Искусств.

— Нет, нет и нет! Повесьте туда портрет Эдмунда Кавендиша с пролета пятого этажа, он сам предложил свою кандидатуру.

— Это потому, что ему там скучно. Думаю, что его храп не позволит студентам нормально высыпаться, — с улыбкой произнёс Дамблдор, кладя на стол принесенную с собой папку. — Элайджа, вот список и личные дела наиболее проблемных студентов, о котором вы просили.

Галатея изумлённо уставилась на Альбуса.

— Это ещё зачем?

— Видите ли, Галатея, в связи с происшествием с мисс Джокондой Смит нам нужно выявлять проблемных студентов. Более жесткий контроль позволит нам пресекать подобного рода инциденты, — сложив руки на столе замком, со всей серьезностью пояснил Хопкинс. Галатея посмотрела на щупленького директора, которого при желании можно было сдуть порывом ветра в открытую форточку. — Когда ждать отчет дома Рэйвенкло?

Поджав губы, Меррисот проговорила нечто вроде: «Я постараюсь успеть за день» и поднялась с кресла, чтобы покинуть профессоров. Бросив на прощание сухое: «До встречи», она покинула кабинет и уже стала спускаться по винтовой лестнице, но её остановил голос Дамблдора.

— Галатея, — позвал он. — Подождите.

Они вышли из-за каменной горгульи и только когда поворот на директорскую башню скрылся из виду, завели разговор.

— Альбус, вы потакаете вмешательству министерства магии в дела школы. Армандо никогда не позволял подобного, — процедила Меррисот, даже не глядя в его сторону. — Где он сейчас…

— Подобные меры — необходимость, скоро, я полагаю, всё уладится. Я обязан подчиняться Хопкинсу, пока он занимает этот пост, лучше знать все замыслы министерства магии изнутри, — негромко рассудил он, оправдываясь перед старой подругой. — Элайджа проникся ко мне доверием.

Галатея остановилась перед дверью в свой кабинет и распахнула её.

— Зайдете на чашечку чая? — спросила она, оглядывая Альбуса заинтересованным взглядом; что-то в его внешности изменилось. — Мемфис прислал мне коробочку бельгийского шоколада.

Дамблдор задумчиво почесал бороду, раздумывая сколько у него осталось свободного времени.

— Пожалуй, зайду, — он галантно пропустил Меррисот вперед и вошел следом.

Профессор неожиданно обернулась и снова оглядела коллегу, наконец-то найдя то, что зацепило её взгляд.

— У вас новые очки, Альбус? — поинтересовалась она, осматривая очки-половинки в тонкой оправе на его носу.

— Аврора подарила, — с доброй улыбкой ответил тот, тронув оправу пальцами.

====== Ветреница. ======

— Вы уверены, профессор? Я уже и не ожидал, что мы найдём хоть что-то, способное взаимодействовать с «СС», — удивлённо произнёс Том, не отстающий ни на шаг от Дамблдора, держащего неизвестный курс по коридорам замка. — Чтобы чертополох…

— Да, и он пока не превратился в помои, — подтвердил Альбус, поглядывая на наручные часы и прибавляя скорости. — Пока это всего лишь основа для возможного зелья, которая оказалась стабильна. Но вы сами знаете, что чертополох мало используется в зельеварении, с ним, разве что, можно приготовить микстуру от бородавок на языке, да отвар от натоптышей.

— Это уже что-то, — уже более сдержанно произнёс Том. — Куда мы направляемся? В лабораторию?

Альбус нахмурил брови, остановился и повернулся к любопытному студенту, в чьих глазах горела неимоверная жажда знаний.

— Вы отправляетесь на завтрак, мистер Риддл. Я попросил вас пройтись со мной только ради того, чтобы сообщить последние новости. К сожалению, пока наши исследования придется заморозить, — увидев вопросительный взгляд собеседника, Дамблдор снизошел до объяснений: — В последние дни кое-кто очень заинтересован в работе преподавательского состава и может случайно узнать о предмете нашего изучения. Пока я не намерен доводить сведения о наших открытиях, которых, по сути, ещё нет, до министерства. Пока мистер Хопкинс здесь, боюсь, у нас мало шансов продолжить изучение…