Фили сел на мягкий диванчик у телефона и закрыл голову руками.

— А может быть с этим похитителем мы как-нибудь договоримся? — наконец спросил с надеждой Фили.

— Если я согласился подождать, то совсем не обязательно это должен делать каждый. Мир населен отнюдь не только добрыми людьми. Шантажисты не терпят отсрочек. — Он взглянул на часы. — Скоро полдень, тебе следует поторопиться с решением.

Мефистофелевская улыбка задрала его усы, сделав его очень похожим на тощего черного кота.

— Хорошо, — решившись, сказал Фили и встал. — Я возьму деньги из сейфа отца. — Он вздохнул тяжко. — Сто бед — один ответ.

Они вместе прошли к кабинету мистера Филмора.

Фили открыл ключом дверь и остановился в нерешительности на пороге.

— Лестер, а может мы напрасно это делаем?

— Ну, Фили, — вздохнул Лестер, — Ты хочешь вернуть тело мисс Меллоу?

— Конечно.

Лестер подошел к шкафу мистера Филмор и раскрыл створки.

— Тогда открывай сейф и бери десять тысяч долларов. Кто знает, может твой отец даже не заметит этого?

— Ну как же — не заметит, — расстроенно протянул Фили и склонился над сейфом. Он положил руку на секретный замок и выжидательно посмотрел на Лестера. Наконец, видя что шофер внимательно наблюдает за ним, сказал: — Лестер, ты не обидишься, если я попрошу тебя отойти?

— Нет конечно, — ответил Лестер и тактично отошел.

Он сел на огромный письменный стол накрытый зеленым сукном и принялся разглядывать свои ногти, невольно бросая любопытные взгляды в сторону открывающего сейф Фили.

— А что мы скажем отцу, когда он увидит, что нет десяти тысяч долларов? — спросил Фили, открывая дверцу сейфа.

— А что ты скажешь ему, когда останки мисс Меллоу окажутся в полицейском участке?

Фили открыл сейф и нашел деньги. Взял десять аккуратных пачек десятидолларовых купюр в банковской упаковке.

— Лестер, смотри, — показал он их.

— Молодец, Фили. — Он снова посмотрел на часы. — Пошли отнесем их.

Они отнесли деньги куда было указано в анонимном письме. Место шантажистом было выбрано удачное — через решетчатую ограду все просматривалось, протяни руку, бери выигрыш и достойно удаляйся. Риска никакого.

И час Фили с Лестером стояли на крыльце, давая возможность шантажисту забрать деньги.

Говорить было не о чем. Да Фили и не хотел ни о чем говорить.

Наконец Лестер отшвырнул в сторону окурок и заявил:

— Я пойду посмотрю, забрали деньги или нет. Ты подожди меня здесь.

Фили не стал спорить. Вошел в холл. Подошел к бокалу с бренди, оставленному Лестером на столе. Какое-то время колебался, затем решил, что это будет для него хорошим лекарством. И залпом проглотил золотистую жидкость.

Она обожгла ему рот, от неожиданности он прыснул брызгами в разные стороны, глаза его широко раскрылись, по щеке потекла слеза.

Почему взрослые так любят спиртное? Даже вчера в ресторане великолепное красное вино он выпил через силу, чтобы не осрамиться перед Николь.

Николь… Ее больше нет. И что-то теперь будет с ним. Он все больше и больше запутывается в этой истории. Коготок увяз — всей птичке пропасть. По многочисленным детективам, которых у Фили был целый книжный шкаф, он знал, что шантажист очень редко отвязывается от своей жертвы.

Но что ему оставалось делать? И как теперь жить?

Может, открыться во всем отцу? Он умный и влиятельный, он поймет и поможет (с его-то связями!).

Однако, к этому Фили всегда успеет прибегнуть. Как к последнему средству. А пока постарается разобраться сам.

В холл вошел Лестер. Фили вопросительно посмотрел на него.

— Ну как?

— Все в порядке. — Лестер потер руки. — Денег нет. Вот записка, оставленная на том месте.

Фили взял испачканный в траве листок бумаги. Тем же фломастером там было написано: «Ночью цветок посажу обратно. Можете не беспокоиться. Завтра не забудьте полить его водичкой».

Фили аккуратно сложил листок и засунул его в нагрудный кармашек рубашки.

— Ты ел чего-нибудь? — спросил Лестер.

Фили отрицательно покачал головой.

— Пошли тогда сэндвичей наделаем и кофе заварим, — предложил миролюбиво Лестер.

Фили было все равно.

Вдруг кто-то позвонил в дверь. Фили хотел пойти открыть, но Лестер остановило его.

— Лучше будет, если открою я, — сказал шофер. — Мало ли что.

Разумно. И вообще Фили никого не хочет видеть.

— Меня ни для кого нет дома вообще, хорошо? — попросил он Лестера.