— Что ищете? — полюбопытствовала я, подрулив к иллюзионисту, недовольному качеством петрушки, а он вновь на меня подозрительно воззрился и, наконец, заявил:

— Мне нужны специи, я люблю несколько более пряную пищу. Но здесь ничего нормального нет.

— Почему нет? — озадачилась я. — На кассах можно закупиться приправами в пакетиках и кубиках, а тут… — я пригляделась к зеленушке. — Н-да. Тут и правда ничего хорошего нет. Но можно заскочить в магазин напротив — там зелень всегда свежая, это я точно знаю.

— Хмм… Ты странная сегодня, — озвучил наконец свои сомнения фокусник, а я удивленно на него воззрилась и заявила:

— Я всегда так веду себя со своими товарищами. А у нас перемирие.

— Хммм… — вновь протянул он, но ничего не сказал и лишь закинул мне в корзинку пакет с огурцами, после чего свалил к кассам выбирать себе приправы. Не зря, кажись, он себя драконом назвал — пошел горючее для огненного дыхания прикупать…

Я усмехнулась, покосившись на скромный пакетик с огурцами, и ехидно подумала о том, что мы, вообще-то, затариваемся овощами в деревне, причем заведует этим Игорь, так что овощей у нас всегда в достатке. Но откуда же об этом знать возжелавшему огурчика Ананасу, правда?.. По пути к кассам, преодолев отдел с крупами и макаронными изделиями, я притырила рис, манку и «рожки», и мы, наконец, «воссоединились» с блудным Ананасом, ковырявшимся в товаре на стеллаже рядом с кассой.

— Ну что, есть что подходящее? — вполне миролюбиво вопросила я.

— Есть, — холодно бросил Фей и зашвырнул мне в корзину целую кучу разных пакетиков с приправами. Ого, ничего себе… Мне это богатство вылезет в кругленькую сумму, ну да ладно: он у нас человек (ну, или ананас), жизнью и Машкой обиженный, так что можно над ним смилостивиться и разнообразить-таки его рацион любимыми приправами. На свои деньги придется затариваться этой ерундой, но ничего, я не жадная.

Ни слова не говоря, я встала в очередь, а парни всей гурьбой прорулили к ячейкам с нашими сумками. Очередь ползла вперед вяло и неохотно, и три покупателя впереди меня в общей сложности обслуживались около двадцати минут, а я мысленно выла и мечтала впечататься лбом в ближайшую стену, потому как очереди — это всё же не мое… Наконец, время, косплеившее старую, обколотую нейролептиками и галлюциногенами, заводившими ее в неведомые дали вместо логичного финиша, улитку, подползло к отметке в два часа дня, а очередь свалила в далекие степи Монголии и одарила меня возможностью вывалить содержимое корзины на прилавок перед хмурой кассиршей, явно являвшейся родной сестрой той самой улитки, которую косплеило секунду назад время. Женщина лет тридцати с выражением лица а-ля «Под носом у меня прокисшие щи и мне век их нюхать!» начала лениво и неохотно сканировать ценники на моих покупках, а я откровенно зевала и распихивала по пакетам уже осчастливленные процедурой сканирования продукты. Минут через десять я таки, расплатившись и получив долго и упорно выжидаемую сдачу, которую продавщица разменивала у склочной напарницы, свалила от нее куда подальше, а вернее, к ячейкам с нашими сумками, у которых кучковались и что-то напряженно обсуждали мои мафиозики.

— О чем болтаем? — с интересом вопросила я у Ямамото, который вновь держал в лапках пакеты со штанами.

— Обо всякой ерунде, — улыбнулся Дино и забрал у меня сумки. Я не сопротивлялась. Как говорится: «А смысл?»

— А конкретнее? — нахмурилась я и, уцепив Ямамото под левый локоть, благо он сумки держал в правой ласте, потащила его на выход.

— Конкретнее, мы обсуждали тебя, — со вздохом пояснил Такеши.

— В смысле? — опешила я. Это что еще за новости? С какого перепоя я стала центром сплетен?..

Ответ получить я не успела: мы выползли на улицу, и прохлада магазина осталась в прошлом, а жарища обрушилась на нас с новой силой. Захотелось вернуться в магазин и остаться там на ПМЖ. А что? И сытно, и прохладно, и народу за прилавками с рыбой и мясом нет, окромя двух продавщиц… Но я мысленно поднапрягла ножку в коленочке и одарила себя волшебным пенделем, а потому поплелась к располагавшемуся напротив магазину, всё еще ожидая ответа замявшегося мечника.

— Постой-ка, — тормознул меня зачем-то Фей.

— Что такое? — озадачилась я.

Мукурыч не ответил мне — он просто полез в сумку, которую держал Дино. Тот отнюдь не немного прифигел и таки протянул пакет иллюзионисту, в который тот зарылся чуть ли не носом и начал что-то искать. Кажись, я поняла… И это меня дико взбесило.

— Совесть свою ищешь? — возмутилась я, начхав на перемирие. — Не найдешь! У тебя ее, в отличие от меня, нет! Считаешь, что ты мне на рынке мог из-за временного мира помочь, а я тебе — нет? «Редиска» ты, ясно?! Я все приправы, что ты мне напихал, купила, хоть они мне и вышли в невшизенную сумму! Проверку устроил? Ну, вперед! Бессовестная ты гадость!

Ямамото схватил меня за руку, а Фей вынырнул из пакета, держа в лапках все искомые пакетики с приправами и сосредоточенно хмурясь. Я бурлила от злости и негодования, но Такеши мне тепло улыбался и осторожно поглаживал мою ладонь большим пальцем, что начало меня немного успокаивать. По крайней мере, желание немедленно закамикоросить эту гадину у меня исчезло. Осталось только желание его побольнее пнуть и запретить на ферму возвращаться — пусть хоть в лесочке обретается, ага…

— Хм… Я не ожидал, — ни с того ни с сего заявил этот гад и удивленно на меня воззрился. — Узнай твоя сестра, на кого ты потратила столько денег, она бы устроила тебе скандал, а ты, как я знаю, отдаешь ей все чеки, — я возмущенно фыркнула. Еще один герр Шпионе на мою голову! Мало мне Бьякурана было…

— Значит, ты должна была купить всё это на свои деньги, — продолжил Ананас, друживший с логикой, — а потому я не ожидал, что ты потратишь столько сбережений на своего врага.

— Ну ты и идиот! — возмутилась я. — Я сказала, что у нас перемирие? Сказала! Так фиг ли выпендриваться было?!

— Деньги жалко? — прищурившись, попытался найти лазейку этот придурок.

— Ууу, дебииил, — простонала я и потащила Ямамото к магазину напротив супермаркета. — Идем. А эта гадость пусть как хочет, так домой и добирается! У него иллюзии есть — ночевать в подворотне не останется!