Шрифт:
Ей показалось, что Дэрил напрягся.
– Мне надо тебе что-то рассказать, Дэрил.
Он вскочил, выронив недокуренную сигарету и затаптывая ее ботинком.
– Забыл кой-чего, – бормотал Дэрил. – Рик там… Звал меня, короче. Я забыл. Потом, ладно?
Каждый день она сидит с Джудит.
Каждый день она помогает Дениз.
Каждый день миссис Косби в опасности.
И каждый день Дэрил Диксон остается Дэрилом Диксоном.
Как она могла забыть об этом?
Кэрол вытащила смятый список из кармана, расправила. Достала ручку из-за уха и дописала последний пункт:
“Дэрил. Невыносим!”
Галочка.
========== День 5 ==========
Во всем этом безумии был только один плюс: Кэрол просыпалась выспавшейся. Невероятно выспавшейся. Но сейчас этот факт лишь злил. Кэрол не должна была чувствовать себя выспавшейся: она до утра читала книгу в постели. Тобин просыпался в два часа ночи и позже, когда уже поднялось солнце, рассеянно гладил ее по плечу и бормотал “Чего не спишь…”, а потом опять вырубался. Кэрол читала. Когда начинала клевать носом - вставала и начинала ходить по комнате, делать зарядку. В шесть утра словно открылось второе дыхание, и сон ушел. Она переоделась, заглянула в ванную и, склонившись над раковиной, принялась умываться. Последнее, что она помнила - как закрыла глаза, чтобы плеснуть в лицо прохладной водой.
Открыла она глаза уже в постели.
Надежда на то, что это все же новый день, исчезла, когда за окном показались Карл и Джудит, одетые так же, как вчера, позавчера, и еще раньше. Кэрол задернула шторы поплотнее и нырнула обратно под одеяло. Ей совсем не нравилась идея о том, что до конца своей жизни она будет няней для малышки. Нет, Кэрол любила Джудит, но если каждый день подолгу сидеть с ней, где взять время на попытки исследовать эту самую новую жизнь?
– Доброе утро, – зевнул под боком Тобин.
– Доброе. – Кэрол чмокнула его в губы.
– Давно проснулась?
– Только что…
И, как обычно это бывало, Тобин обнял ее и положил сверху тяжелую ногу. Иногда они валялись так по полчаса, если просыпались рано, и Кэрол нравилось это спокойное положение дел: когда никуда не нужно спешить, ты в тепле, и тебя словно вторым одеялом накрывает человек, который о тебе заботится. Но теперь она чувствовала вину перед Тобином. Принимая его объятия, чувствуя, как его пальцы сонно ерошат ей волосы, Кэрол не могла перестать думать о Дэриле.
Нужно пойти в лес. Дэрил каждый вечер какой-то пришибленный. Что с ним там происходит? Встречает кого-то? Враги? На него нападают? Находит что-то, что напоминает ему о прошлом?
– На завтрак сделать овсянку или овсянку? – спросил Тобин, и Кэрол рассмеялась, хотя слышала эту шутку далеко не в первый раз.
– Яичницу, – сказала она. – С беконом.
– Ох, не дразни.
– Хорошо прожаренным, до хруста.
– Кэрол, не мучай!
– Сама мучаюсь.
А, собственно, с чего она чувствует себя виноватой? Дэрил ее друг. И если с ним что-то не так, неудивительно, что Кэрол про него думает даже в постели со своим мужчиной.
Неудивительно же?
Так друзья и поступают, заботятся друг о друге.
Как бы странно это ни звучало: заботиться о Дэриле, выслеживая его по лесу…
Ускользнув от семейства Граймсов, Кэрол сложила в сумку воду и соленые крекеры, сунула нож за пояс и отправилась к воротам. На вышке дежурил Хит, внизу стоял Юджин, он взглянул на Кэрол с обычным равнодушием.
– Дэрил ушел? – спросила она.
– Ушел. – Юджин помог ей открыть ворота. – И был особенно неприветлив.
– Тоже мне – новости.
Хит любезно показал ей направление, в котором скрылся Дэрил, и Кэрол поспешила в ту сторону.
У нее была вся ночь чтобы подумать о том, какую загадку загадал ей Бог, мироздание или еще какие-то высшие силы. А если время остановилось из-за чего-то, что пошло не так? Исправить эту ошибку - и время двинется дальше. Именно она, Кэрол, просыпается в одном и том же дне, а значит, в ее силах этот день как-то изменить. Начать с Дэрила казалось логичным. Она знает его. И, если что, разберется с проблемой.
Кэрол кралась по лесу, пытаясь читать следы. То ей чудилось, что у нее получается, то казалось, что она идет по следу какого-то ходячего или вовсе чужака. Прошлое повторялось: она пыталась быть ближе к Дэрилу, но ее относило все дальше. Будто после того дня в Александрии, нет, не дня - ночи…
Она помнила ее в деталях: как стояла посреди улицы, тяжело дыша, покрытая дурно пахнущей кровью, вокруг лежали изрубленные тела - александрийцы сражались с ходячими как могли, не всегда попадая в головы. Ее пальцы сжимали оружие так крепко, что она не сразу смогла разжать их. Она сделала шаг назад и столкнулась с кем-то, обернулась – это был Дэрил, их притянуло друг к другу как магнитом, и они схватились друг за друга, словно боялись, что один из них провалится сквозь землю. Она держала его за руки, он держал ее за плечи, оба тяжело дышали.