Мистер Альфредо насмешливо смотрел на своего сына.

— Ты жалок, Томас. Ты для меня — сплошное разочарование. Всегда был, а сейчас особенно. Иди… — он отстранился, чтобы освободить парню проход. — Я ничего не буду отзывать. Но, так и быть, не стану рассказывать ничего твоему дружку. Он все равно узнает рано или поздно.

Томас кивнул. Опустил глаза. А через секунду удар сокрушительной мощности обрушился на домовладельца, впечатывая его в стену.

— Скотина, только подойди к нему еще раз, я тебе ноги вырву, — рыкнул парень прежде, чем успел сообразить, что он делает.

— Убери от меня руки, Томас, — хрипел мистер Альфредо. — Убери.

— Да как ты можешь на родного отца руку поднимать? — из комнаты на шум выскочила миссис Альфредо.

— Он мне не отец, — Том не мог совладать с собой и своим гневом. — Уже давно.

— Выметайся… из моей… квартиры… — хрипло дышал мистер Альфредо, хватаясь за сердце. — Рут, прогони этого выродка…

— Том, уходи от нас. Было лучше, когда тебя не было здесь.

— Я и сам не рад. Не могу здесь находиться. Здесь все насквозь пропахло предательством и равнодушием, — зло бросил он и, сплюнув прямо на пол, громко хлопнул дверью.

— Щенок, — мистер Альфредо трясся, как при лихорадке. — Он мне за это ответит. Оба они ответят. Оба.

***

Промаявшись весь день всякими домыслами и сомнениями, к восьмому часу вечера Билл сидел и нервничал на подоконнике.

У него почему-то было очень нехорошее предчувствие. Первую половину дня он судорожно думал о способе достать деньги. Потом он размышлял, что можно было урегулировать все это мирным способом и попробовать извиниться перед Альфредо. Когда он счел, что это был самый маловероятный вариант, попробовал немного поработать, но макеты упорно не получались — кисть съезжала, шаблоны были как на подбор ужасными, и через пятнадцать минут Кернер бросил это пустое занятие. Ему совершенно не нравилось то, что он был дома один — как никогда захотелось поговорить с кем-то. Но Фиби была не рядом, Том — на своем посту в баре, а Гарри и Грегори…

Вспомнив про братьев, Билл от нечего делать сходил и позвонил им в дверь. Ответом ему была тишина. Наверное, они в своем спортзале. Кернер вернулся домой, попытался почитать, попытался полежать, но и из этого ничего не получалось.

Устав карабкаться на стену, он набрал номер Тома, но нарвался на автоответчик. Абонент недоступен.

— Да что б вы все… — Билл зло встряхнул трубку. — Эл? Ты тут? Эл?

Молчание. Как будто весь мир оглох и просто несся мимо, пока Кернер пытался достучаться хотя бы до кого-нибудь.

Часов в семь домой пришла Фиби, но и это не скрасило одиночества. Билл никак не мог отделаться от неприятного чувства тревоги.

Он вкратце рассказал подруге о произошедшем, на что получил раздраженное: «Я так и знала». Больше тема не поднималась. Девушка принялась мрачно жарить что-то на ужин, потому что сегодня была ее очередь готовить, а Кернер ушел нервничать на окно.

Там он задумчиво пощелкал зажигалкой Тома, взял его сигареты. От Альфредо часто пахло дымом, Билл уже привык к этому запаху. Он вообще привык ко всему; ему даже начало казаться, что этот парень всегда был в его жизни. И теперь моменты его отсутствия тянулись, как жженая резина, неприятная и прилипающая к нервам.

Он вытащил одну сигарету. Чиркнул колесиком. Затянулся. Закашлялся. Бросил пачку в пепельницу, не забыв потушить окурок. И снова стал ждать.

Альфредо не появился ни к одиннадцати. Ни к двенадцати. Ни к часу. Билл сделал еще несколько попыток дозвониться ему на мобильный, потом не смог терпеть больше и, махнув на все рукой, расстроенно сел за руль своей машины и поехал в его бар.

***

— Том. Я ищу Тома, — Билл застыл у двери, засунув руки в карманы джинсов.

Гориллообразный охранник подозрительно осмотрел посетителя с ног до головы. Кернер выдержал взгляд и перевел глаза за его спину, вздрогнув при виде знакомой фигуры у стойки.

— Вон он, — парень дернулся в его сторону. — Томас Альфредо.

— Сто баксов за вход, — мощная ладонь легла на его грудь.

— Нет, вы не поняли. Он мой друг, работает здесь…

— Да-да, мы все здесь друзья, — гигантская клешня все еще препятствовала вторжению.

— Твою мать, — выругался Кернер.

Он полез в задний карман, достал последние восемьдесят долларов и приложил их к кожаной куртке секьюрити.

— Держи. Больше нет.

Тот смерил рвущегося внутрь брюнета еще более тяжелым взглядом.

— Тогда сам выгребай этого парня из бара. Кажется, он там медленно превращается в ветошь.

Билл еще раз посмотрел на освещенную стойку. Действительно, Альфредо лежал на ней лбом и не подавал признаков сознания.

— Да что же это такое, — парень принялся раздраженно продираться сквозь толпу. — Том, ты не находишь, что сейчас не самое удачное…

Он проглотил все, что хотел сказать на полуслове.

— Билл? — Альфредо поднял на него большие, немного покрасневшие глаза.

Пол начал уплывать из-под ног. Кернер порывисто присел рядом с парнем и положил ему руку на плечо.