Алисия сморщила носик.

— Я, кажется, привыкла за последние недели, — вздохнула она.

— Думаю, к этому запаху нельзя привыкнуть так быстро, — сказал я.

Канаты на кораблях смолили для защиты от воды. Бывало, что приходилось смолить даже остатками свиного сала, и каждый, даже самый малый линёк вонял так, словно побывал в выгребной яме.

Матросы на баке, услышав мои слова, рассмеялись, и до меня донеслись обрывки их шуточек вперемешку с бранью. Как обычно, про дерьмо, тухлятину и дьявола. Большинство матросов не отличались фантазией.

— Миледи, зачем вы здесь? — спросил я.

Она вздохнула так, будто я сморозил вселенскую глупость.

— Что за вздор!? Я принесла вам приказы губернатора!

Я подошёл к трапу, протиснулся между матросами и требовательно протянул руку. Алисия посмотрела мне в глаза и пожала плечами.

— Что? — спросила она.

— Приказы.

— Вы думаете, такие приказы передают на бумаге?

Я хмыкнул, приказал вахтенным разойтись и жестом позвал девушку за собой. Каюта встретила нас творческим беспорядком.

— И какие же у губернатора приказания? Флот пойдёт только осенью.

Алисия присела на трёхногий табурет у двери и застенчивым жестом разгладила складки на платье.

— Флот пойдёт осенью, а испанцы рыщут вокруг острова уже сейчас, — начала она.

— Мэдифорд приказывает мне заняться разбоем? — перебил я. — Может, и часть добычи потребует? Помимо обычной доли портовых сборов.

— Об этом его высокопревосходительство ничего не сказал. Он просто не хочет, чтобы вы и ваша команда оставались в городе до осени.

Я рассмеялся, откинувшись в кресле.

— Его высокопревосходительство хочет, чтобы мы убирались ко всем чертям. Мы и не против, сейчас самое время сходить за добычей. Только скажите, почему вы пошли на корабль с багажом и в дорожном платье? Пиратское судно — не лучшее место для женщины.

Леди Монтгомери залилась краской и нервно сжала ткань своего платья. Для дипломата она подавала слишком явные знаки раздражения и смущения.

— Я не хочу здесь больше оставаться, мистер Картер. На Ямайке, я имею в виду. Мой дядя… — девушка тихо всхлипнула, — Мои родственники хотят отправить меня в Европу и насильно выдать замуж за какого-то виконта.

Я побарабанил пальцами по столу. У богатых свои причуды, конечно, но дворяне с их династическими браками напоминали мне о псарне, где выводят породистых щенков. К тому же, они не уважали ни свою, ни чужую свободу, и это меня выводило из себя.

— И вы выпросили у Мэдифорда приказы для меня? — спросил я.

Алисия захлопала ресницами и кивнула.

— Ловко придумано. И ведь я даже не смогу вам отказать, если не хочу потерять место в эскадре. Дьявольски ловкий ход! — рассмеялся я. — Можете передать своему негру, чтобы притащил вещи в вашу каюту. У правого борта.

— Спасибо, капитан, — обезоруживающе улыбнулась она.

— К вашим услугам, миледи.

Мы вышли на палубу, навстречу палящим лучам тропического солнца. Полуголые и загорелые до черноты пираты, не переставая заниматься своими делами, уставились на нас, выжидая моего решения.

— Передайте всем, на закате идём за добычей! — громогласно произнёс я.

Флибустьеры, уставшие от сухопутной жизни, разразились приветственными криками. К нам подошёл Филипп, легко поклонился перед Алисией и жестом отозвал меня в сторонку. Мы отошли к бизань-мачте.

— Эд, она что, опять идёт с нами? — вздохнул он.

— Да, да, баба на корабле. У неё приказы от Мэдифорда, и если мы хотим осенью добыть кучу золота, придётся потерпеть её общество. Можно сказать, она меня вынудила.

— Непохоже, что тебе придётся «терпеть», — засмеялся француз.

— Осторожнее на галсах, моряк, — произнёс я. — Лучше собирай команду, скоро отчаливаем.

Филипп с некоторой ленцой кивнул, поправил шляпу и отправился в город, собирать по кабакам и борделям всех тех, кто ещё не успел пропить свою долю добычи. Я же пошёл проверять запасы перед выходом в море.

За несколько минут до того, как солнце коснулось далёкого берега материка, чтоб скрыться в дремучих лесах Юкатана, наш «Мститель» поднял паруса и поспешил уйти из гостеприимной бухты Порт-Рояля. Я лично встал за штурвал, чтобы пройти самые сложные места, не напоровшись на рифы или песчаные банки. Старик-боцман рычал на марсовых, недостаточно быстро управляющихся с парусами, не стесняясь подгонять их тростью. Матросы, как обычно это бывает, когда несколько парней берутся за один канат, запели шанти, на этот раз про хорошеньких леди из Портсмута.