Некоторое молчание.

— Что вы молчите? — спросила девушка.

— Я вижу, что мы оторвались от погони! — ответил мужчина. — А что касается ваших видений, не нужно так густо мазать тушью вокруг глаз! Да еще фиолетовой! Помните: «Каждый охотник желает знать, где сидит Филин»? Оптика, сеньора Ирина.

Иришка недоверчиво смотрела на Андрея Петровича.

— Что смотрите? Поставьте навигатор. Но к месту подъезжайте уже тихо и медленно. Я там бывал. С Верой.

Потом добавил задумчиво.

— Полчаса он нас не найдет…

— А потом?

— Не волнуйтесь. Потом уйдет. Даже убежит! Или уползет на четвереньках. Если вообще сможет, — вид у мужчины был жесткий и загадочный. Как и его слова.

Уже остановившись на детской площадке возле катакомб, погасив фары, парочка не выходила из машины, минуту вслушиваясь и всматриваясь в темноту. Тихо. Затем они вышли из машины, разложили вещи на столике: «лестница», фонарик, перчатки и пр.

— Где колготки? Какие мне нужно надеть?

— Вот эти, с морской волной. Волнительные!

— А ковбойка? Что-то меня знобит… Всё шутите… Отвернитесь, пожалуйста.

Она накинула толстую ковбойку и спросила:

— Ну как?

— Как, как… Как сказал Антон Павлович: нет такого предмета из которого еврей не сделал бы фамилию, а женщина — наряд.

Девушка тихонько рассмеялась.

Далее они облили руки, одежду водкой, прополоскали рот. Воздух вокруг быстро заполнился парами спирта. Из одной бутылки они пролили граппы на стол и положили рядом с другой, создав нужный натюрморт.

Пора. Но Андрей замер и стоял как вкопанный. Затем сел на лавочку у столика и обнял голову обеими руками. Потом убрал руки, глядя в ночное небо. Ирина приблизила свое лицо к лицу мужчины. То ли луна светила так, то ли ей показалось, но глаза Андрея Петровича были мертвыми, а губы шевелились.

— Что с вами?

— Вера… Вера просит… Помощи… У меня… Подсказки…

Ирина услышала шум крыльев птиц, звуки «ву-у…», и все небо вокруг просветлело на мгновение.

Через минуту Андрей встал.

— Все нормально. Идем!

Они подошли к невысокому забору, плетенному из проволоки и проросшему цветущим кустарником. Аккуратно, но ловко перебрались через забор. Андрей быстро сориентировался: там церковь, там крипта. А вот люк в заветный колодец, ведущий в крипту!

Устье люка было в металлической опалубке. Его прикрывала легкая крышка из мелкой стальной сетки. Вокруг опалубки бетонная отмостка на полметра, дальше колючая трава и камни. Мужчина отодвинул крышку.

— Ложитесь, девушка! Вот так, на спину, попа на краю люка, ноги раздвиньте и уприте в опалубку. Прекрасно! Прогнитесь!

Далее он обвязал поясницу девушки двумя шарфами, привязал к ним со стороны живота «лестницу» и скинул ее в колодец. Снял кроссовки, надел налобный фонарик, на шею повесил болоневую сумку. За ручки сумки со спины повесил трость, надел перчатки.

К нему пришел кураж.

— Классное приключение! Держите крепко! Чао!

Андрей сел на край опалубки с противоположной от Ирины стороны.

— Разрешите?

Он уперся руками в Иришкины бедра, а ногами обхватил из всех сил первый узел «лестницы».

— Так, хорошо… — он снял руки с бедер девушки и схватился обеими руками за шарфы.

— Андрей Петрович! Что вы так жарко дышите мне вниз моего живота! Мне щекотно. Да… я и так взволнована…

Андрей, держась руками и помогая удерживать свой вес ногами в узлах, стал скользить вниз по ткани. Ему удалось добраться до пола крипты, лишь дважды коснувшись каменных стенок.

Вот она, крипта! Ступням сразу стало очень холодно, мужчина поправил фонарик на голове, взял в руку трость.

Он ведь был здесь вчера. Да, вот и фреска Св. Павла и, судя по тому старинному документу, здесь, слева, должна быть ниша с «захоронкой». Но ничего нет! Это его насторожило еще вчера. Андрей поработал тростью. Бесполезно.

«Нужно успокоить разум и чувства! Отрешенность и сосредоточенность одновременно!»

Он поднял голову кверху. Пара раздвинутых красивых женских ножек открывала кусочек темного неба с яркой голубой звездочкой.

«О чем ты думаешь, фельдмаршал?!» И тут фиолетовый обруч начал сжимать голову, а когти совы впились в кожу черепа.

«Это какая-то подсказка! Да, Кутузов и Барклай де Толли. Что, что именно? Он тогда их перепутал».

Он снова посмотрел наверх. Теперь Ирина, решив отдохнуть, скрестила ноги.